Книга Янтарная гавань, страница 349 – Виолетта Орлова

Жаль, что эти самые красивые и внушающие доверие ворота оказываются не в силах помочь пленникам Раторберга, ибо крысы будут атаковать со всех сторон, используя какие-то свои секретные лазейки. Что произойдет, если Артур откроет ворота? Вероятно, полчища голодных особей тут же ринутся на него. Юноша зашел под арочный свод и внимательно посмотрел наверх. Какая-то странная щель полосой тянулась по всему своду. Что это такое? Зачем местные инженеры и строители предусмотрели в своем детище такую длинную расщелину?

Артур знал, что во всем этом есть смысл. Он был неплохо осведомлен о том, что из себя представляет крепостная стена, ибо Клипс тоже окружала своеобразная защитная ограда. Клипсяне с маниакальным страхом каждую секунду ожидали врагов, которые, к счастью первых, никогда не вторгались на их территорию. Так вот, из этой загадочной расщелины опускалась металлическая решетка, именуемая герсой. Если враг пробивал крепостные ворота, то эта решетка немедленно опускалась, преграждая ему путь. Более того, она позволяла колоть неприятеля копьями и мечами, покуда тот не погибал в ловушке. Ворота Раторберга тоже, по всей видимости, были снабжены этим необходимым устройством. Родители позаботились о том, чтобы их дети находились в относительной безопасности. Только как это сможет помочь в борьбе с крысами? Артур не знал, хотя в голове у него появилась одна смутная идея, слишком безумная для того, чтобы предпринимать ее на пару с Инком. Но юноша все же решил вернуться во дворец. Время перевалило за полдень, и, хоть казалось, что до вечера еще далеко, тем не менее, надо было поторопиться.

Когда Артур приблизился ко дворцу, то сразу уловил некоторые необычные изменения. Во-первых, раторбержцы зачем-то выбежали ему навстречу. Не далее как полчаса назад они сами с криками прогнали его от себя, теперь же их загорелые и тощие тела живо устремились к нему, словно желая протаранить его насквозь, подобно тому, как неприятель штурмует крепостные ворота. Юноша настороженно замер на месте и подобрался; ничего хорошего от раторбержцев он ожидать не смел. Каково же было его удивление, когда странные подростки, один за другим, словно сбитые с ног ураганом, повалились перед ним на колени и замерли с благоговейными улыбками на устах. Артур даже обернулся, чтобы проверить, никто ли не подошел сзади, перед кем подростки могли неожиданно упасть ниц. Однако позади никого не было, и тогда стало очевидно, что сумасшедшие жители подземелий по какой-то неведомой причине стоят на коленях именно перед ним, а не перед кем-то другим.

Артур смущенно кашлянул, не зная, как спрятать неловкость. В конце концов, еще никогда доселе его скромной персоне не оказывали столь изысканные знаки уважения. Он недоуменно смотрел на почтительно склоненные головы раторбержцев, и неизвестно, сколько бы продолжалось это безмолвное созерцание, если бы Лапка не поднялась вдруг на ноги и не приблизилась к нему. В ее осунувшемся лице было столько одухотворенности, надежды и благодарности, что Артур, сам не зная по какой причине, сильно покраснел.

— Чужестранец! – с невероятным почтением проговорила девушка, и как интонации ее голоса не походили на прежние, унылые! – О, как мы счастливы, что вы оказались среди нас!