Книга Янтарная гавань, страница 451 – Виолетта Орлова

— Я хотела спросить у тебя кое-что… – тихо и проникновенно сказала Диана, глядя приятелю прямо в глаза. Тод с готовностью кивнул, даже еще раньше, чем она закончила свою фразу.

— Ты говорил вроде, что я дорога тебе?

Беруанец сильно покраснел и смущенно опустил голову.

— Не все ли равно? – в сердцах буркнул он.

Диана пожала плечами.

— Просто если это действительно так, а не пустые слова…

— Не слова!

— Тогда ты сделаешь все возможное, чтобы уберечь его от беды!

— То есть за меня переживать не будешь, в случае чего?

— Один в лагерь не возвращайся! – холодно отчеканила Диана, оставив, впрочем, его вопрос без внимания. Девушка не сочла нужным отвечать; по ее разумению, Тод был обязан ей жизнью и мог бы догадаться, что она любила его, как друга, и заботилась о нем по мере своих возможностей. Сколько раз она помогала ему на «Когте», а затем на плоту; как унижалась перед Килем, выпрашивая для него жалкий глоток воды, как рисковала, когда не хотела бросать одного в пустыне. Умный человек, вспомнив и проанализировав все произошедшее, не стал бы задавать подобных вопросов, а глупому и разъяснять что-либо бессмысленно, так как он все равно не поймет.

Тод, однако, истолковал слова подруги на свой лад. Мучительно побледнев, он холодно улыбнулся и твердо сказал:

— Не переживай, моя хорошая, я лучше умру, чем поставлю его жизнь под угрозу.

— Отлично, – в тон ему ответила Диана и, развернувшись, проследовала за друзьями к ручью.

Здесь уже вовсю проходили процедуры омовения. С огромным наслаждением ребята сняли с себя вонючую одежду и плескались в чистом ручье, приятно холодившем раны. Они пили прозрачную воду и все никак не могли напиться, дурачились и брызгались, покуда их запястья и щиколотки не стало сводить от холода. Когда девушка приблизилась к друзьям, Тин дурашливо воскликнул:

— Берегись, Дан, она идет, а ты, кажется, не успел одеться!

— По крайней мере, я хоть не выгляжу без одежды таким тощим, как ты! – парировал Даниел, впрочем, опасливо нырнув в воду по самую шею.

— Ладно, я не переживаю, ее ведь только Артур интересует!

— Ему-то стесняться нечего! – с легкой завистью пробормотал Даниел, скосив глаза на Артура, вальяжно развалившегося на берегу. С оголенным торсом, загорелый, в одних своих укороченных брюках и с босыми ногами тот напоминал армутского мальчишку с базарной площади.

Пока проходил этот легкомысленный диалог, руководитель с наслаждением отдыхал, изо всех сил стараясь не думать о всех грозивших им опасностях. Он уже засыпал, ибо несколько ночей подряд был лишен этой привилегии, как вдруг что-то чудное зашевелилось в траве недалеко от него. С интересом юноша приподнялся, накинул на себя уже высохшую рубашку и подошел к объекту, столь его заинтересовавшему. Оказалось, что нарушителем тишины явилась птица, своим пестрым оперением напоминавшим воинскую кольчугу. Похоже, ястреб – с короткими крыльями, угрюмо насупившимися белыми бровями и круглыми оранжевыми глазами, алчно горевшими от предвкушения расправы над пойманной добычей. Хищник охотился и, судя по всему, весьма преуспел в этом деле. Меж его крупных крючковатых когтей отчаянно билась маленькая ящерка. При иных обстоятельствах Артур, может и не стал бы вмешиваться в их отношения, однако выражение глаз птицы до боли напомнило ему господина Ролли; тот тоже любил так смотреть на своих жертв – жестоко, самонадеянно, властно.