Онлайн книга «Говорящие кости»
|
Льуку усовершенствовали механизм казни. Не желая понапрасну растрачивать огненное дыхание гаринафинов, они теперь полагались на неистощимые ресурсы воды. Вместо сотни человек они могли одним махом убить тысячу. Дзоми поняла, почему Нода Ми не хотел демонстрировать всем рисунок и «подарки» Танванаки. Да при виде этого собравшиеся в Большом зале министры и военачальники могли попросту разорвать его на куски, невзирая на дипломатическую неприкосновенность, которую обещал ему статус посла. Внезапно воздух прорезал страшный, какой-то нечеловеческий вопль. Это был крик ярости и отчаяния, категорического отказа смириться перед лицом зла. И только когда горло свело от боли, Дзоми поняла, что этот дикий вой издавала она сама. Дебаты в Тайном совете разгорались все жарче, каждая из сторон обвиняла другую в трусости, жестокости, алчности, гордыне и всех прочих грехах, известных богам и людям. Было очевидно, что пустая похвальба Ноды Ми насчет доблестных воинов-льуку не более чем дымовая завеса. Истинная угроза заключалась в другом: прежде чем льуку капитулируют, они постараются уничтожить как можно больше жителей Неосвобожденного Дара. Стоит ли Дара уступить этим мясникам и заключить с ними мир? Или же следует оставаться непреклонными, приняв гибель сотен и тысяч людей? Императрица Джиа внимательно выслушивала все доводы выступавших на Тайном совете, но сама ничего не говорила; лицо ее казалось высеченной из камня маской. Дзоми тоже молчала. Она смотрела на злодейское изобретение, изображенное на квадратике шелка, а вокруг бушевали дебаты, похожие на невнятный шепот богов из ее детства. Наконец слово взял Кого Йелу. — Благополучие народа Дара должно служить для нас путеводной звездой, – заявил он. Все притихли, ожидая, что премьер-министр пояснит свою мысль. — Когда будущий император Рагин волей народа был провозглашен герцогом Дзуди, ему довелось оборонять город от армии Танно Намена, прославленного полководца Ксаны. Намен имел обыкновение гнать в авангарде своего войска гражданских беженцев, чтобы они служили ему живым щитом. Герцог убедил тогда своего друга Мату Цзинду открыть ворота и впустить столько беженцев, сколько возможно, хотя это были не его подданные и такой поступок ставил под угрозу весь Дзуди. Члены Тайного совета закивали. Деяния Куни Гару, основателя династии Одуванчика, рассматривались как основополагающие и имели силу важнейшего прецедента. — Когда император Рагин предпринял первую попытку освободить захваченные острова Руи и Дасу, то поначалу достиг больших успехов, – продолжил Кого. – Но потом он попал в ловушку на перевале Надза, и единственным выходом было бегство на воздушном корабле. Пэкьу Тенрьо выгнал вперед беззащитных крестьян, привязал их к столбам и пригрозил сжечь заживо. Император остался, чтобы спасти несчастных, несмотря даже на то, что некоторые из гражданских лиц состояли на службе у льуку, а сам он в результате подобного решения фактически превращался в заложника, ставя под угрозу безопасность всего Дара. В обоих случаях государем руководило сострадание. Жители Руи и Дасу – тоже часть народа Дара, даже если они, как указывают иные из вас, и пошли на сотрудничество с льуку: кто-то добровольно, а кто-то нет… — Позвольте заметить, – вдруг перебила премьер-министра Дзоми, – что угроза Ноды Ми неосуществима. |