Книга Пустующий трон, страница 407 – Кен Лю

Зрители и судьи были зачарованы. Никогда еще они не видели, чтобы кухня трансформировалась в театр. Сэка и Лоло умолкли, превратившись в сторонних наблюдателей. Тифан Хуто и вдова Васу вскочили со своих мест, чтобы лучше разглядеть происходящее. Даже Модзо Му не удержалась, чтобы время от времени не поглядывать на кухню «Великолепной вазы», призывая при этом своих помощников не отвлекаться.

А Одуванчик между тем рассказывала:

— Изобретение верховного авгура строилось на невиданном доселе принципе: оружием становилась сила солнца. Солнечная жаровня на нашей кухне – также необычное приспособление, отдающее дань этому эпизоду местной истории. Подобно верховному авгуру Цзиа, призвавшему небесный огонь на помощь Хаану, мы призываем сейчас этот огонь, чтобы устроить роскошный пир для утонченных гурманов!

Но вернемся на десятилетия назад, во времена, когда жители Хаана в едином порыве боролись с тираном Мапидэрэ. Воздушный корабль летел стремительно, и нужно было своевременно поворачивать зеркальные паруса, чтобы не выпускать его из фокуса. Хватит ли времени солнцу выполнить свою работу?

По сигналу Мати Кинри приступил к выполнению своего задания. Не выпуская корзинку, он нырнул в дым и подполз к ногам Моты Кифи. Тот наклонился, взял большое гусиное яйцо и поднял его над головой.

«Оркестр» заиграл новую мелодию, и Мота аккуратно заставил яйцо «пролететь» сквозь дым. В глазах зрителей оно превратилось в обтекаемой формы могучий ксанский корабль, неуклонно, угрожающе летящий к побережью Хаана.

— Верховный авгур подбодрил людей воодушевляющим кличем. «Еще немного! – воскликнул он. – Пусть лучи солнца сольются воедино, как сливаются наша любовь к родине и вера друг в друга!»

Арона подняла пару серебряных колотушек для яиц и вытанцовывала вокруг солнечной жаровни, пытаясь ударить летящее яйцо-корабль. Музыканты добавили напряжения, постоянно то ускоряя, то замедляя темп, то нагнетая, то смягчая звук и пение…

Зрители затаили дыхание. Сработает ли смелое изобретение авгура? Прожарится ли яйцо? Вот это спектакль! Всем уже стало понятно, что блюдо выйдет такое, какого никто и никогда еще не пробовал.

— Люди устали. Их невольно одолевали сомнения. Они тянули и толкали, стараясь не сводить ни глаз, ни лучей с приближающегося воздушного корабля. Но корабль упрямо двигался вперед, отказываясь останавливаться перед выгнутыми зеркалами из пророчества.

Бамбуковая флейта Рати зазвучала громче прежнего; Види выбил палкой настоящую барабанную дробь, а его горловое пение превратилось в отчаянную мольбу сотен тысяч голосов, просящих об одном и том же.

Мота остановился, держа яйцо прямо над сковородкой. Арона закрутилась вихрем; ее серебряные колотушки засверкали на ярком солнце, в движении будто бы сливаясь в кольцо.

Вдруг Види перестал петь, а Рати – играть. К коленям Види были привязаны маленькие гонги, и он резко стукнул ими друг о друга. В этот же момент колотушки Ароны ударили по гусиному яйцу.

Резкий звук гонгов оглушил зрителей. Содержимое яйца вылилось на сковородку. Мати стремительно принялась готовить; Арона и Мота скрылись в дыму.

— Воздушный корабль вдруг охватило пламя, и он медленно опустился в морскую пучину!

Зрители разразились громкими возгласами и аплодисментами.