Книга Пустующий трон, страница 432 – Кен Лю

Три оставшиеся монахини танцевали у головы черепахи, размахивая ритуальными то ли хлыстами, то ли короткими цепами. Ускоряя темп пения, они прицепили «хлысты» к голове черепахи так, что свисающие тонкие плети попали ей в рот. Продолжая держаться за длинные рукояти, монахини закрутили их, распевая все быстрее. Теперь их пение напоминало боевые кличи. Вращая рукояти, они вглядывались в дым в поисках злых духов.

Вдруг одна монахиня с громким криком вскочила на дерево. Левой рукой пошарила за пазухой и что-то высыпала на ствол. Затем приложила к этому месту рукоять «хлыста», по-прежнему соединенную с гигантской черепахой. Что-то ослепительно взорвалось. Сквозь густой пахучий дым казалось, будто начал извергаться небольшой вулкан. Зрители ахнули; маленькие дети заплакали, и матери тут же принялись их утешать:

— Малыш, не пугайся. Их святейшества изгонят всех злых духов!

— Они призывают силу владыки Луто!

Оркестр деревянных инструментов грянул громче; окуриватели подняли новые курильницы с благовониями, монахини плясали с черепахой вокруг зонтичного дерева под аккомпанемент новых взрывов.

Одуванчик нахмурилась.

— Не впечатляет? – спросил Кинри.

— Пытаюсь понять, как они все это проделывают, – ответила девушка. – Дзо… э-э-э, одна моя подруга считает, что все на свете постижимо.

— Даже тайны богов?

— Тайны богов – в первую очередь, – упрямо проговорила Одуванчик.

— Да тут и понимать нечего, – раздался голос сзади.

Обернувшись, они увидели Рати Йеру в кресле на колесиках, а за ней – Моту Кифи.

— Все проще простого, – самоуверенно заявила старая женщина. – Эта черепаха – генератор шелкокрапинной силы. Если вскрыть ее, то найдешь внутри вращающийся стеклянный диск и обернутый шелком валик. Вместо глаз наверняка ртутные лампы. А взрывы происходят потому, что они осыпают оставшихся гусениц взрывчатым порошком, после чего касаются порошка заряженными шелкокрапинной силой стержнями.

— Откуда вы знаете? – с сомнением спросила Одуванчик.

— Так мы с этими монахинями, можно сказать, коллеги, – ответила Рати. – Храмовая магия не отличается от уличной. Я бы на их месте делала все точно так же.

— Нельзя сравнивать фокусы с религиозными ритуалами! – возмутился Кинри.

— Каждому свое, – пожала плечами Рати. – Я просто рассказываю то, что знаю.

— Но вы намекаете, что это… плутовство.

— Ничуть. – Она покачала головой. – Помнишь, что Одуванчик говорила об усладе разума? За благовониями, деревянной черепахой и прочими трюками в ритуале кроется более глубокий смысл. Он-то и важен.

Кинри хотел попросить уточнить, что его собеседница имела в виду, но помешала вдова Васу, выскочившая из ресторана в сопровождении Лодан и Мати.

Хозяйка «Великолепной вазы» направилась прямиком к оркестру и жестом приказала замолчать. Неземная музыка оборвалась, и монашки прекратили танец.

— Ваше святейшество, – обратилась вдова Васу к старой монахине, стоявшей рядом с музыкантами, очевидно, старшей из всех. Присмотревшись, она узнала в ней одну из судей первого раунда кулинарного состязания. – Благодарю за приход. Но позвольте узнать, кто пригласил вас? Мы не заказывали обряд изгнания духов.

— Вот и я о том же подумала, – шепнула Одуванчик Кинри.

— Как ты догадалась, что госпожа-хозяйка не заказывала обряд? – прошептал в ответ Кинри.