Книга Пустующий трон, страница 467 – Кен Лю

Диалог Гифи и Види пробудил в Тифане подозрения. Рассказ о том, что их якобы приставили к гарнизону для службы на блокпосту, звучал нелепо. Если бы магистрат Дзуда действительно расставил блокпосты, встревожившись пропажей нескольких ремесленников, Тифан уж точно услышал бы об этом. Да и переглядывались эти трое как-то странно. Поэтому он все время держался настороже.

— Да, мы работаем на вдову Васу. – Види понял, что притворяться больше нет смысла. – Теперь мы знаем все о ваших гнусных замыслах против «Великолепной вазы». Судьи вынудят вас сняться с соревнования, а магистрат Дзуда, безусловно, будет рад услышать о том, как вы подвергли опасности здоровье граждан.

— Понятия не имею, о чем вы говорите, – парировал Тифан.

— Вы воспользовались мочой хищников, чтобы напугать крыс возле «Великолепной вазы», – сказал Види. – На сегодняшнем ужине в «Вазе» животные работают по двум причинам. Во-первых, они милые и радуют гостей. А во-вторых, служат приманкой. Мы решили, что, узнав о нашем успехе, вы попытаетесь что-нибудь подстроить. Из всех ваших уловок напугать животных волчьей мочой – самая простая. Вот мы и застукали вас с поличным.

— Вы ничего не докажете, – возразил Тифан. – Ведро мочи? Может, я с ее помощью из «Сокровищницы» паразитов выгоняю.

— Это не единственные доказательства, – ответил Види. – Группа райе, чистящая ваши уборные, подтвердит перед магистратом Дзудой, что в тот день, когда бродячие псы беспокоили гостей «Великолепной вазы», им пришлось вывозить с вашей территории множество ведер собачьего помета. Вы отловили бродячих псов и держали их у себя.

Тифан вздрогнул, но промолчал.

— Врачи с Кокосовой улицы тоже подтвердят, что вечером того дня, когда зонтичное дерево у «Великолепной вазы» покрылось гусеницами, им пришлось лечить нескольких работников «Сокровищницы» от специфических ожогов – таких же, что получили рабочие, нанятые нами, дабы избавиться от гусениц.

Хуто продолжал стоять с невозмутимым видом.

— Все это убедит магистрата, что «Сокровищницу» нужно обыскать. Кто знает, что у вас найдут?

На лице Тифана отражался весь спектр эмоций: изумление, стыд, страх. Но в конце концов на нем заиграла ехидная ухмылка.

— Вижу, вы проделали большую работу, чтобы сцапать меня. Но все это – лишь косвенные улики, а дух соперничества сам по себе не преступление. Соревнуясь, люди получают травмы; бывает, что заведения закрываются. Почему бы вдруг магистрату обращать на это особое внимание?

— Да потому, что это соревнование ведется нечестно, – ответил Види. – Указы премьер-министра Кого Йелу предельно ясны: хотя соперничество между заведениями поощряется, прибегать к обману, мошенничеству и ставить под угрозу здоровье граждан – противозаконно. Думаю, вы проведете немало приятных минут, объясняя свои поступки магистрату Дзуде.

— Вы пересмотрели народных спектаклей о частных адвокатах и забыли одну важную вещь: никто не поверит слову преступника против слова добропорядочного господина.

— Мы не преступники, – растерянно ответила Арона.

— Пока еще нет, но станете ими, когда я доложу магистрату Дзуде о том, что вы притворялись имперскими чиновниками и солдатами гарнизона.

Арона, Види и Мота в отчаянии переглянулись. Тифан попал в точку. В глазах официальных служащих их проступок действительно будет выглядеть серьезнее, чем они думали.