Книга Хроники Менталиста 3, страница 89 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— И наконец, — Никонов вернулся к столу, — я хочу получить его бизнес, а не смотреть, как он переходит кому-то из приближенных Императора. Если вмешаются Серые, они не просто арестуют Семёнова — они конфискуют все активы. А дальше… — он сделал выразительную паузу, — эти лакомые куски распределяются между теми, у кого достаточно связей в столице. А я, знаешь ли, не в самых лучших отношениях с нынешней властью. — Он наклонился ко мне, и в его глазах мелькнуло что-то холодное. — Поэтому нужно более… тонкое решение. А тонкость — твоя специализация, не так ли?

Я закрыл папку.

— У вас есть его адрес?

Никонов улыбнулся — так, наверное, улыбается рыбак, когда чувствует, что рыба заглотила крючок.

— Разумеется. Всё, что тебе нужно знать, в этом досье. — Он постучал пальцем по картонной папке. — У тебя три дня. В среду жду тебя с подписанными документами.

Я кивнул и встал, собираясь уходить.

— И, Сокол, — окликнул меня Никонов, когда я был уже у двери. — Постарайся не оставлять… следов. Никаких травм, синяков, сломанных пальцев. — Его пальцы легко постукивали по столу, выдавая скрытое раздражение. — Семёнов должен быть в идеальном состоянии, чтобы никто не заподозрил принуждение. И в отличие от нашего первого дела, я хотел бы знать, что все концы надёжно… урегулированы.

Он многозначительно посмотрел на меня, давая понять, что история с исчезнувшим Волковым еще не забыта.

— Так что используй свой дар… аккуратно, — добавил он, возвращаясь к бумагам. — И эффективно.

Следующие два дня я наблюдал за домом Семёнова. Двухэтажный, с белым забором и садом, где на старом дубе висели потрёпанные детские качели. Я сидел в машине, которую мне выделил Никонов — чёрном седане с затемнёнными стёклами — и делал заметки в блокноте.

Семёнов каждое утро уходил на работу в восемь, возвращался к шести. Его жена — миловидная женщина с уставшим лицом и добрыми глазами — готовила ужин, который вся семья ела вместе за большим столом на кухне. Я видел их через окно — Семёнова, его жену, сына лет десяти и дочь, совсем малышку, может, семи лет. После ужина дети садились делать уроки, а Семёнов обычно слушал радио в гостиной, иногда с газетой или журналом.

Во второй вечер наблюдения я оставил машину в паре кварталов и подобрался ближе к дому. С южной стороны здания росло старое дерево, с ветвей которого открывался отличный обзор на гостиную через большое незанавешенное окно. Я видел, как Семёнов читал детям какую-то книгу, драматично жестикулируя и меняя голоса для разных персонажей. Дети хохотали, а его жена, сидя в кресле с вышивкой, время от времени поднимала глаза и улыбалась, глядя на эту сцену. Обычный семейный вечер, наполненный теплом и уютом, о котором такие как я могли только мечтать.

С каждым часом наблюдения внутри меня росло что-то тяжёлое и холодное. Чем дольше я смотрел на эту нормальную, счастливую семью, тем яснее понимал, что собираюсь разрушить. Даже если Семёнов не пострадает физически, даже если я просто заставлю его подписать бумаги — его жизнь, жизнь его семьи будет разрушена. Никонов не из тех, кто оставляет недоделанную работу.

Но разве у меня был выбор? Либо я выполняю задание, либо… что? Возвращаюсь в трущобы, без денег, без защиты? С имперскими агентами, охотящимися за мной? С Кристи, которой я обещал безопасность, защиту, нормальную жизнь?