Книга Восхождение Морна. Том 3, страница 125 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Блеф великая вещь. Особенно когда за блефом прячется одна, но очень убедительная карта.

Я перекинул сумку через плечо и аккуратно переложил настоящую склянку во внутренний карман, отдельно от остальных. Перепутать их было бы… неловко.

— И последнее, Ефим.

Он вздрогнул.

— Если кто-нибудь придёт и начнёт спрашивать, был ли я здесь, что покупал, куда пошёл, ты ничего не знаешь. Ничего не видел, ничего не слышал, весь день сидел в подсобке и перебирал товар. Понятно?

— П-понятно, господин Морн. Вас здесь не было. Я вас сегодня в глаза не видел. Да я вас вообще не знаю, первый раз слышу это имя…

— Вот и умница. Приятно иметь дело с понятливым человеком.

Колокольчик над дверью звякнул мне вслед. Весело, беззаботно, будто и не было никакого разговора.

Солнце уже перевалило за полдень. Улица пахла навозом, дымом и чем-то жареным из соседней харчевни. Обычный день в Сечи. Люди торговались, ругались, куда-то спешили по своим делам. Никому не было дела до тощего парня с холщовой сумкой на плече и очень плохими планами на ближайший час.

Сумка приятно оттягивала плечо. Четырнадцать склянок, из которых только одна могла реально кого-то убить. Но Щербатый об этом не знал. И не узнает, если всё пойдёт по плану.

А если не по плану…

Я усмехнулся и зашагал в сторону Нижнего города.

Что ж, Щербатый. Ты хотел поговорить? Сейчас поговорим.

Его логово я нашёл без труда.

Двухэтажный дом на границе Нижнего города, массивный и приземистый, будто кто-то взял обычную избу и придавил её сверху гигантской ладонью. Вывеска над входом изображала три перекрещенных топора на красном фоне, причём художник явно был либо пьян, либо слеп, либо то и другое, потому что топоры больше напоминали кривые огурцы с палками.

Меня ждали.

Человек двадцать, не меньше. Стояли полукругом у входа, руки на оружии, рожи каменные. При моём появлении толпа расступилась, образуя коридор к двери. Молча, без команды, как в хорошо отрепетированном спектакле.

Я прошёл между ними, не ускоряя и не замедляя шаг. Смотрел прямо перед собой, будто этих людей вообще не существовало. Будто я каждый день прогуливался через толпу вооружённых бандитов, и это было не интереснее прогулки по рынку.

У самой двери стоял здоровяк с рожей, похожей на кусок плохо прожаренного мяса. Шрам через всю щёку, нос сломан минимум трижды, уши как пельмени. Классический вышибала, из тех, что сначала бьют, а потом спрашивают. Если вообще спрашивают.

— Сумку, — он протянул руку.

— Нет.

Здоровяк моргнул.

— Чё «нет»? Давай сюда, сказал.

— А я сказал «нет». У тебя проблемы со слухом, или мне повторить погромче?

Толпа за спиной зашевелилась, заворчала. Кто-то хмыкнул, кто-то многозначительно положил руку на рукоять меча. Здоровяк набычился и шагнул ко мне, сжимая кулаки размером с хорошие окорока. В его маленьких глазках загорелось что-то похожее на предвкушение. Наконец-то развлечение, наконец-то можно кого-то ударить.

— Слышь, ты, умник…

— Ладно, ладно, — я поднял руки в примирительном жесте и снял сумку с плеча. — Раз тебе так хочется покопаться в чужих вещах, кто я такой, чтобы отказывать. Держи, наслаждайся.

Бросил ему сумку легко, небрежно, будто там лежало грязное бельё, а не… ну, не то, чего он ожидал.

Здоровяк поймал её на лету, развязал горловину и заглянул внутрь с видом таможенника, ожидающего найти контрабанду.