Книга Восхождение Морна. Том 4, страница 104 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Так что Коль принял единственное разумное решение в своей жизни: оставил кинжал с запиской в соседней комнате и свалил. Не геройски, зато целым. Видимо, перспектива получить ледяную сосульку в лоб от разъярённой Серафимы показалась ему не очень привлекательной.

Умно, в общем-то. Для него так вообще гениально. Прямо горжусь, что у меня такой сообразительный враг.

Хотя тут тоже вопрос. Это личная инициатива или кто-то его надоумил? Если Коль припёрся сам, из ревности к Ярцевой — это одно. Бык увидел соперника, бык решил пометить территорию. Логика железобетонная. Но тогда почему он целый месяц после этого сидел тихо? В записке было что-то про «вечер» — а потом ничего. Ни нападений, ни угроз, ни даже косых взглядов в коридоре. Целый месяц молчал, пока сегодня не сорвался.

Не сходится.

А если его кто-то послал? Кто-то, кому очень бы хотелось меня проучить. Неужели Злата постаралась? Вполне в её стиле — использовать влюблённого дурака для грязной работы.

В общем, ничего не понятно. Но очень интересно.

— Наследник.

Голос Марека вырвал меня из размышлений. Я обернулся и увидел его в нескольких шагах позади, и по одному только выражению лица понял, что новости будут так себе. У Марека вообще было два выражения: «всё под контролем» и «всё под контролем, но вам не понравится». Сейчас на его лице читалось второе.

— Рассказывай, — я оттолкнулся от стены. — Что с гротом?

Марек подошёл ближе и встал так, чтобы видеть оба конца коридора одновременно. Старая привычка, от которой он, наверное, не избавится никогда. Даже если мы окажемся в чистом поле без единой живой души на десять вёрст вокруг, он всё равно будет контролировать периметр.

— Ну, с ходоками всё не так плохо, как могло бы быть, — начал он. — Артефакты сработали как надо, так что раны затягиваются и уже через пару дней они буду вполне боеспособны.

— Но?

Марек замялся.

— Но есть одна загвоздка. Они нервничают, наследник. Причем, все четверо…

— Конкретнее.

— Понимаете, вы же заплатили за их лечение, — он чуть понизил голос и придвинулся ближе. — А они люди простые, в благотворительность не верят. Вот и думают, что вы потребуете Сердце Бездны себе. Что их кинут, и они останутся ни с чем. Один из них, тот, что постарше и понаглее, уже дважды доставал лекаря вопросами — когда, мол, выпишут, когда можно будет уйти.

Я потёр переносицу. Ну конечно. Спас им жизни, оплатил артефакты, которые стоят как хороший конь каждый, а вместо благодарности получаю четырёх параноиков, которые уже прикидывают, как бы от меня сбежать.

— То есть они всерьёз думают, что я собираюсь их ограбить?

— Выходит, что так.

— И никого из них не смущает, что если бы я хотел их ограбить, то мог бы просто подождать, пока они сдохнут от ран, и забрать всю информацию бесплатно?

Марек только пожал плечами, и на его лице мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

— Страх не дружит с логикой, наследник. Вы это знаете лучше меня.

Знал. Ещё как знал. Проблема в том, что нервные люди делают глупости. Достаточно одному из четвёрки сорваться и побежать к кому-нибудь с рассказом о Сердце Бездны, и начнётся такое, что мало не покажется никому. Да там такая резня у этих гротов начнётся, что Императору впору будет армию сюда вводить для наведения порядка.