Книга Восхождение Морна. Том 10, страница 110 – Сергей Орлов

— Погоди, — сказала она и коснулась пальцами косяка.

Что-то в воздухе тихо щёлкнуло, как отпущенная тетива, и Вика кивнула. Я повернул ключ.

Себастьян лежал на лежанке, там же, где мы его оставили. Лапа в лубке, по чёрной шерсти на боку широкая седая прядь, будто мазнули извёсткой. Глаза кот открывать не стал, только повернул в мою сторону ухо.

«Избавьте меня от вашего сочувствия, Господин Морн», — слабым голосом произнёс кот. — «Так смотрят на покойников. А я, к вашему сведению, жив. И даже почти цел».

— Ворчит, — перевёл я для остальных.

— Так это ж отлично! — обрадовался Сизый и тут же засуетился. — Братан, ты ему скажи, что я скучал. Только скажи с достоинством, а то он ещё решит, будто я тут рыдал в перья.

«Передайте пернатому, что его причитания я услышу даже с того света…».

— Он говорит, что тронут, — сообщил я.

Сизый расцвёл. Себастьян приоткрыл один глаз, посмотрел на меня долгим взглядом и закрыл обратно, но комментировать не стал, и я счёл это молчаливым согласием.

Вика опустилась на корточки у лежанки, и я заметил, как у неё дёрнулась рука. Она явно хотела погладить фамильяра, но на полпути замерла и вернула ладонь на колено. И правильно, кстати, сделала, так как кот был явно не в духе и вполне мог цапнуть за такую фамильярность. Чисто из принципа, чтобы народ вокруг не расслаблялся.

Я присел рядом с ней.

— Расскажи, что помнишь. С того места, как я отправил тебя на разведку.

Кот помолчал, собираясь с силами, и заговорил медленно, замолкая через каждые несколько слов, чтобы отдышаться.

«Со двора я побежал в сторону леса, потому что оттуда тянуло чужой силой. Странно тянуло», — кот приоткрыл глаза. «Знаешь, я за свою жизнь всякого нанюхался, но такого не встречал. Магия должна быть живой, а эта была какая-то… неправильная. Противоестественная. Вот я на неё и пошёл. А у самых деревьев наткнулся на Ермила».

— Ермила, — повторил я вслух, и Вика подняла голову.

«Он ломился к нашему дому как одурелый и меня даже не заметил, хотя я был у него прямо под ногами. Дышал, как загнанная лошадь, и бормотал себе под нос. Про толпу. Что собираются, что много их, что предупредить надо, пока не началось».

— Дальше.

«А дальше из темноты поднялся пепел», — голос в голове стал глуше. «Он стоял столбом, держал форму и двигался сам, как будто внутри у него сидел кто-то живой. И холод от него шёл незнакомый. Не как от мороза, тут было что-то другое. Меня только мазнуло по боку, а бок сразу онемел до самых рёбер. Это очень серьёзная магия, господин Морн. Будьте с ней осторожны».

— Обязательно, — пообещал я. — Так что случилось с Ермилом?

«Пепел нагонял его и вот-вот накрыл бы с головой, поэтому я вмешался и попробовал отбить», — кот замолчал на мгновение, и по этому молчанию было понятно, чего ему стоят следующие слова. — «Но меня просто смяли, господин Морн. Я даже не успел понять, откуда мне прилетело и чем, настолько быстро всё случилось».

Я пересказал это Вике, и с каждым словом лицо у неё каменело всё сильнее.

А у меня наконец сошлось то, над чем я ломал голову. «…Я его почти… Ермила…» Тогда я вертел этот обрывок и так и эдак, и складывал неправильно, потому что видел в Ермиле подозреваемого. А на самом деле Себастьян просто хотел сказать, что он пытался спасти Ермила от пепла.