Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 339 – Джон Сан

Сквозь слой пыли Элоди увидела, что костяные фаланги его левой руки сжимают небольшую рамку для фотографий. Стекло треснуло, цвета выгорели, но на снимке всё еще угадывались силуэты улыбающейся женщины и двоих детей на фоне зеленой лужайки. Цвета, которых больше не существовало в природе.

Девушка почувствовала, как к горлу подступил тяжелый, удушающий ком.

Она отвела взгляд от мертвеца. Сейчас было не время для скорби по прошлому. Ей нужно было спасать будущее.

Элоди сняла с себя тяжелый рюкзак и бережно положила его на ближайший свободный стол, смахнув с него пыль и старые распечатки. Ее левый бок горел огнем. Она расстегнула изодранную куртку. Кусок кевлара, которым она обвязала талию в коридорах Скайнета, насквозь пропитался кровью и стал почти черным.

Нужно было остановить кровотечение, иначе она потеряет сознание еще до того, как найдет точку доступа.

Она подошла к аптечке, висевшей на стене лаборатории. Стекло было разбито, но внутри, среди рассыпавшихся от старости бинтов, она нашла то, что искала. Флакон с промышленным медицинским клеем — примитивным предком армейского гидрогеля. Срок годности истек два десятилетия назад, но химический состав в промерзшем бункере должен был сохраниться.

Элоди сорвала с себя пропитанный кровью кевлар. Вид собственной раны едва не лишил ее чувств. Кожа вокруг разрыва была багрово-синей от ожогов, мышцы разошлись, обнажив белесые сколы сломанных ребер.

Она открыла флакон зубами. Запахло резким, режущим глаза медицинским эфиром.

— Ради Эша… — прошептала она, зажмурилась и вылила густую, желтоватую жидкость прямо в открытую рану.

Боль была такой, что перед глазами взорвалась сверхновая. Элоди беззвучно закричала, запрокинув голову назад. Ее пальцы вцепились в край стола так, что ногти хрустнули. Клей вступил в реакцию с кровью и тканью, мгновенно полимеризуясь, выделяя тепло и намертво стягивая края разрыва жестким, химическим панцирем.

Она простояла так несколько минут, тяжело, со свистом дыша, пока пульсация в боку не перешла в тупую, терпимую ломоту. Дышать полной грудью было по-прежнему невозможно, но угроза истечь кровью миновала.

Элоди вытерла пот со лба. Теперь — работа.

Она достала из рюкзака титановый диск. Тяжелый, матовый прямоугольник, содержащий в себе вирусную операционную систему, написанную Джоном Коннором и его лучшими техниками. Смертельный яд для Искусственного Интеллекта.

Но чтобы этот яд подействовал, его нужно было впрыснуть в вену.

Ее самодельный портативный терминал, собранный из запчастей Panasonic Toughbook, был сожжен ЭМИ-импульсом на башне в Париже. У нее остался только сам накопитель. Диск не имел собственного экрана или интерфейса ввода. Ему нужен был мост.

Элоди обвела взглядом заброшенную лабораторию CERN.

Скайнет использовал подземные тоннели коллайдера для прокладки своих главных коммуникаций. Информационная сеть машины времени требовала колоссальной пропускной способности. Логика подсказывала, что машины не стали бы прокладывать новые кабели сквозь сорок метров сплошного гранита, если можно было использовать уже существующие, проложенные людьми шахты.

Она подошла к главному серверному шкафу, возвышающемуся в центре комнаты.

Он был мертв. Обесточен. Но за ним, уходя в пробитое в бетонной стене отверстие, тянулся толстый, бронированный кабель.