Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 422 – Джон Сан

Но самым грандиозным было то, что взрыв сделал с небом.

С самого Судного Дня 1997 года небеса над Землей были затянуты плотным, непроницаемым, токсичным саваном из радиоактивного пепла, сажи и тяжелых химических соединений. Эта вечная серая мгла не пропускала солнечный лучи, погрузив планету в искусственную ядерную зиму, где температура редко поднималась выше нуля.

Термоядерный столб плазмы, ударивший из желудка Альп, прожег этот саван насквозь.

Чудовищный перепад давления и температуры создал восходящий термический поток такой немыслимой силы, что он буквально высосал, разорвал и разбросал в стороны тяжелые свинцовые тучи в радиусе пятидесяти километров. Воздушные массы закрутились в гигантский огненный смерч. Ионизированная атмосфера вспыхнула сюрреалистическими, жутко-прекрасными полярными сияниями: изумрудными, алыми и золотыми волнами, которые заплясали на краю пробитой в пепельном небе дыры.

И в эту дыру, сквозь рассеивающийся, кипящий пар и падающий пепел, впервые за три десятилетия хлынул чистый, неискаженный свет холодных, равнодушных звезд. А на востоке, за горизонтом, начал зарождаться тонкий, робкий персиковый свет настоящего, не закрытого смогом рассвета.

Вслед за плазмой и звуком из кратера мертвой горы вырвался невидимый, но самый смертоносный для Скайнета убийца — электромагнитный импульс (ЭМИ) апокалиптической мощности.

Волна заряженных частиц хлынула во все стороны, скатываясь по склонам Альп, проносясь над замерзшими озерами и ущельями.

В десяти километрах от эпицентра, на соседнем заснеженном перевале, медленно продвигался резервный Белый патруль Скайнета. Восемь моделей Т-600, покрытых белым камуфляжным латексом, и один гусеничный штурмовой Т-1, переделанный для движения по глубокому снегу. Они были слепыми и глухими. Их связь с Центральным Ядром в Лос-Анджелесе прервалась несколько минут назад. Их связь с локальной базой «Эдельвейс» оборвалась микросекунды назад. Они действовали по последнему заложенному в буфер обмена протоколу — патрулировать периметр.

Когда ослепительная вспышка взрыва осветила ущелье, превратив глубокую ночь в белый день, машины синхронно повернули свои громоздкие, грубые черепа в сторону горы Юнгфрау. Их оптические сенсоры мгновенно перегрузились от запредельного уровня люменов, матрицы покрылись битыми пикселями.

А затем их накрыл электромагнитный шторм.

Невидимая волна ударила по машинам, как кувалда. Это не было похоже на кинетический удар, отбрасывающий тело назад. Это была мгновенная, тотальная смерть самой нервной системы Искусственного Интеллекта.

Предохранители в нейропроцессорах Т-600 лопнули с сухим, трескучим звуком. Изоляция на пучках проводов в их шеях мгновенно расплавилась и задымилась. Встроенные блоки питания закоротило, издав высокий, пронзительный визг.

Тяжелый гусеничный Т-1 резко, с оглушительным лязгом остановился, его гусеницы заблокировались намертво, взметнув фонтан снега. Башня машины, готовая развернуться для стрельбы, безжизненно поникла, стволы тяжелых пулеметов опустились в сугроб.

Один из Т-600, занесший тяжелую ногу для шага, так и не опустил ее. Его сервоприводы отключились в середине движения. Гидравлическая жидкость, лишенная подогрева и давления насосов, замерзла за считанные секунды на сорокаградусном альпийском морозе, намертво сковав суставы гиперсплава. Красные глаза терминатора мигнули, слабо замерцали, пытаясь задействовать резервные, выжженные конденсаторы, а затем погасли навсегда, превратившись в тусклые, черные стекляшки.