Книга Святой сатана, страница 66 – Анатолий Леонов

— Ну? – не выдержал боярин Шереметев. – Чего тут, Гриня? Не томи, изверг!

— Он был здесь! – уверенно заявил Феона своим спутникам.

— Прятался? – встрепенулся заскучавший было Стромилов.

— Возможно, – пожал плечами монах, – а может, наоборот, прятал.

Отец Феона неожиданно легко для своих лет вскарабкался на дерево и запустил руку в расщелину разбитого молнией ствола. Покопавшись, сперва он извлек из дупла скомканный кусок какой-то старой дерюги, а за ней небольшой сверток из ярко-красного аксамита, перетянутого крест-накрест плетеным кожаным шнуром. Монах по-мальчишески резво спрыгнул на землю, держа сверток в вытянутой руке.

— Говорят, вчера отец Симеон о чем-то спорил со старцем Иовом?

— Ну как спорил? – неуверенно покачал головой Стромилов. – Со слов игумена Иллария, скорее старец стращал отца ключника.

— Чем же это?

— Обещал что-то найти в его келье.

— Видимо, это?

Отец Феона положил находку на землю и осторожно развернул ее. Блеск золота и драгоценных камней смутил души присутствующих мирян, оставив монаха совершенно равнодушным к увиденному богатству, точно он заранее знал о содержимом спрятанного отцом Симеоном свертка.

— Вот тебе и отец ключник! – растерянно произнес Стромилов, не в силах отвести взгляда от найденного клада. – Откуда? Неужто обнес обитель, святой отец?

— Не думаю, – без колебаний ответил Феона. – Расчеты в монастыре ведутся медью, в лучшем случае – серебром. А тут золотые монеты и украшения, которые ключнику негде взять в обители. Видимо, это личные сбережения. Он вроде из богатых костромских купцов? Говорят, в гостиной сотне числился. В общем, денежки водились!

— Зачем тогда их прятать?

— По нашему уставу монаху не разрешено иметь при себе ничего ценного. После слов старца ключник, скорее всего испугавшись обыска, решил надежней схоронить сокровища, а нашел свою смерть!

— Так это что получается? – расстроился Шереметев. – Обычное ограбление, что ли? Где тогда Хлопова?

— Не спеши, Федор Иванович, – успокоил друга отец Феона. – Будь это грабители, забрали бы все вчистую, а здесь все на месте! Нет, ключник что-то видел. Кого-то он спугнул ненароком, за что и был убит!

Отец Феона вдруг замолчал, взволнованный мелькнувшей мыслью, и неожиданно, выставив перед собой руки, упал ничком на мягкий мох, растущий под лиственницей. Без лишних раздумий его спутники рухнули рядом, прикрыв головы руками, точно в ожидании летящей картечи. Но быстро сообразив, что никакой опасности нет, они пристыженно осмотрелись и уселись на траву, стараясь не смотреть друг другу в глаза. Отец Феона все еще лежал на земле, внимательно разглядывая окрестность вокруг Сторожевой башни.

— Гришка, змей, ты чего пугаешь? – обиженно проворчал Шереметев, слегка двинув приятеля кулаком в бок. – У меня от страха чуть штаны не оттопырило! Сам знаешь, после Ржева я от любого шороха вздрагиваю.

— Прости, Федор Иванович, не учел, – извинился Феона, не оборачиваясь, и добавил: – Там что-то блестит.

— Где?

— Там! – Монах махнул рукой в сторону Сторожевой башни и, поднявшись на ноги, быстрым шагом направился в указанную сторону. Шереметев и Стромилов, озадаченно переглядываясь, последовали за ним.

Не доходя пары шагов до распахнутых настежь дверей башни, отец Феона наклонился и поднял с земли золотой крест-мощевик. Именно его блеск и увидел монах, лежа под деревом.