Книга Женщины — серийные убийцы: как и почему они становятся монстрами, страница 275 – Питер Вронский

Наиболее важное отличие между мужчинами и женщинами, которые решаются на убийство, состоит в том, что женщины действуют как настоящие эксперты по пассивно-агрессивному поведению, создавая тщательно продуманный образ. Отлично справляясь с традиционными ролями и производя впечатление нормальности, они „растворяются“ в обществе. Так им гораздо проще достигать своих целей. Такое коварство делает их особенно опасными.

Действуя в рамках привычных ролей, некоторые женщины-убийцы испытывают острую потребность в повышенном внимании. Для них нормально вторгаться в чужое личное пространство, не проявляя достаточного уважения к социальным или личным границам, а то и вовсе пренебрегая ими. Они часто бывают эмоционально незрелыми и, как Карла Хомолка, могут играть роль „милой маленькой девочки“, которая жаждет привлечь внимание мамы или папы. Как и некоторыми мужчинами-убийцами, ими могут овладевать навязчивые сексуальные мысли (вспомним Карлу Хомолку и Кэрол Банди), которые искажают их систему ценностей. В почерке Кристин Фоллинг четко отразилась склонность к навязчивому сумбурному мышлению, извратившему ее понимание ценностей…

На мой взгляд, женщин-убийц радикально отличает от мужчин их способность методично создавать продуманный образ или носить маску утонченного обаяния, демонстрируя соблазняющее и заискивающее поведение. Мужчин, очевидно, ролевые игры интересуют гораздо меньше, их влечет скорее секс, дающий чувство превосходства и нередко возможность отомстить за свою „честь“ и попранное самолюбие» [260].

Если женщины, как считает Яннетта, на самом деле действуют как «настоящие эксперты по пассивно-агрессивному поведению», то их хищническая природа может долго скрываться от чужих глаз, пока не окажется слишком поздно. Мужская агрессия носит более явный характер, ее легче распознать: от мужчины ждут напористого поведения в карьере, в спорте, на службе и поощряют его. О мужчине судят по тому, насколько он пробивной и на кого направлена его энергия. А вот от женщин мы в принципе – никогда – не ждем проявлений агрессии, и они привыкают скрывать агрессивные эмоции, поэтому так трудно бывает понять, что с ними не так. Их агрессия незаметна, и очень трудно оценить – как это проделывают с мужчинами – не переходит ли она опасную грань. Мы ее не видим, пока не становится слишком поздно.

Мы достаточно хорошо изучили хищническую агрессию (в отличие от «реактивной» агрессии – реакции на нападение) [261]. Хищническая агрессия связана с определенными участками мозга. У агрессора-хищника главенствует не симпатическая нервная система с ее реакцией «бей или беги». Тут речь идет о хладнокровном контролируемом нападении, хотя иногда эмоциональный маятник раскачивается между реактивными и хищническими действиями, что особенно характерно для преступлений на сексуальной почве.

Отмечается отсутствие эмоций. Как признаются мужчины-серийники, наибольшего накала их эмоции достигают перед убийством, часто во время преследования, когда их накрывает чувство возбуждения. Само убийство обычно совершается в состоянии эмоционального притупления.

А вот у женщин, по-видимому, максимальный накал эмоций приходится на момент убийства. Например, Дженин Джонс, Джейн Топпан и Эйлин Уорнос, убивая, переживали состояние эйфории. Их опьяняло само убийство, но не подготовка к нему. Поэтому, по факту, можно считать, что убийство – главная особенность почерка женщин-серийниц. Хищническое насилие носит спланированный и преднамеренный характер. «Дезорганизованные» женщины – серийные убийцы встречаются редко. Большинство из них действуют по плану, который часто включает обман или соблазнение предполагаемой жертвы.