Книга Темные гастроли, страница 90 – Валерий Шарапов

— Вы как хотите, — хорохорясь, начал он, — а я за Джавида подставляться не стану. Отвезем его к дядьке, свалим во дворе и дело с концом.

— Ты куда клонишь, крысеныш, — обозлился Шип. — Хочешь бросить его?

— А ты что предлагаешь? — видя, что остальные молчат, осмелел Язик. — У него свинец в пузе, сами мы пулю не вытащим, так что он все равно не жилец.

— Молодой дело говорит, — неожиданно для всех Лихач встал на сторону Язика. — Надо было сразу его к Халиду везти. Он ему родня, подыхать не бросит.

— Ты слышал, что сказал Джавид: к Халиду только при крайней нужде, — напомнил Шип.

— А это что, не край? — обозлился Лихач. — С ним на руках мы все погорим. Да чего ты рожу кривишь? Скажи еще, что не думал об этом!

— О чем не думал? — Шип набычился.

— Что всех нас мусора повяжут, если здесь останемся. — Сердитый вид Шипа не испугал Лихача. — Ясно же: разбегаться пора. Покутили — и амба. Делим бабки и расползаемся в разные стороны.

— Не по понятиям это, — уже не так уверенно высказался Шип. — Своего бросать? На зоне за такое…

— Я на зону не спешу, — все так же воинственно заявил Лихач. — А ты чего молчишь, Тарас? Выскажись! Джавид ведь твой кореш, и дельце это ты организовал, так что тебе и решать.

Тарас сделал шаг вперед, обвел всех взглядом и негромко произнес:

— Джавида нам не вытащить — это факт. Еще часов двенадцать, и он кони двинет. Пришло время разбегаться — это еще один факт. Останемся вместе, и нас всех повяжут. Пришьют столько, что и на «вышку» много будет. Но и здесь его бросать нельзя, не по понятиям, Шип дело говорит. Это третий факт. Значит, поступим так: Джавида везем к родне. Корешились они с Халидом или нет, своя кровь — не водица, поможет. Оставляем Джавида у Халида, делим бабки и расходимся в разные стороны. А до того держаться будем вместе. Расклад всем ясен?

— С Хапугой что делать? В расход? — деловито осведомился Шип.

— Пусть помучается. С такой дырой ему не выжить, а страдать будет долго, — Тарас сплюнул на землю, показывая степень своего презрения. — Кто его хватится? Он своим скупердяйством дружков не нажил. Легкая смерть для него — манна небесная. Так хрен ему, а не смерть.

Возражать Тарасу никто не стал. Гуськом вернулись в дом, похватали вещички, загрузили Джавида в машину и уехали. В последний момент Шип засомневался, стоит ли оставлять Хапугу в живых, но высказать свое мнение не посмел. С Тарасом шутки плохи, это он еще в тюрьме усвоил. До жестокости Джавида ему, конечно, далеко, но кто знает…

Дорогу до села, где обустроился родственник Джавида, никто не знал. Пришлось поплутать по проселочным дорогам, но к шести вечера все же добрались. Остановились в лесочке у въезда в село. Решили всем скопом к Халиду сразу не соваться. Сперва разведать обстановку, потом уж и решать. Минут десять спорили о том, кому идти первым. Решили отправить Лихача, а с ним в нагрузку Язика. Язика отправили по большей части для того, чтобы мозги не полоскал. Всю дорогу он выл, как волк на луну, не желая подчиняться решению большинства. Если бы кто-то кроме него умел водить машину, Язику давно бы билет на тот свет выписали. А так шикнули, и все.

Оставив подельников в лесу, Лихач и Язик вошли в село. Ничем особенным населенный пункт, в котором жил родственник Джавида, от своих собратьев не отличался — типичный продукт социалистического общества. Из крупных объектов — механический завод и элеватор. Еще пара школ, кинотеатр, Дом культуры, но главное — новехонький, с иголочки, корпус районной больницы с хирургическим отделением и полным штатом врачей всех специальностей. Такие населенные пункты носили гордый статус поселка городского типа, по большей части из-за этого пять лет назад здесь и выстроили новую больницу.