Книга Нулевой пассажир, страница 37 – Олег Лесников

— Я ничего не хочу, — отвернулась она к стене, и я по вздрагивающим плечам девушки понял, что она плачет. Я нежно поцеловал ее в затылок и снял трубку телефона:

— Девушка, — сказал я по-арабски, — можно заказать в номер бутылку полусладкого шампанского и пирожные? Да, и еще букет цветов, пожалуйста.

— Да, конечно, мистер. Через пять минут заказ будет у вас в номере. Вы оплатите сразу или записать на ваш номер?

— Запишите.

Через несколько минут в дверь постучали, и горничная вкатила в номер тележку с охлажденным в ведерке со льдом шампанским и большое блюдо с пирожными. Посередине стояла ваза с прелестным букетом.

— Файза, посмотри, какая красота. — Я взял девушку за плечи и развернул к себе. Аккуратно вытер салфеткой слезинки, все еще дрожащие в уголках глаз, и попросил: — Ну, улыбнись.

Девушка посмотрела на букет и улыбнулась.

— Вот и молодец, — сказал я и, открыв шампанское, разлил по бокалам: — Файза, я хочу выпить за тебя — самую прекрасную девушку на свете!

Потом мы выпили еще, блюдо с пирожными быстро опустело, и я увидел, как снова заблестели глаза Файзы. Не в силах более сопротивляться желанию, я схватил ее в охапку и повалил на кровать. Перевернул на живот и, приподняв за бедра, рывком поставил на колени. Она, повернув голову и откинув упавшую на лицо челку, испуганно посмотрела на меня через плечо. Я взял ее за ягодицы и нарочито грубо вошел в нее, резко, без подготовки, сразу почти на всю глубину, буквально насадив на себя. Она коротко вскрикнула от боли, напряглась, но я, не обращая внимания, продолжал ритмично двигаться, все глубже проникая внутрь ее лона. Она извивалась передо мной и стонала, шептала, что ей больно, но все равно двигалась навстречу, и я почувствовал, как ее горячая влага потекла по ногам, стремительно пропитывая под нами простыню. Судорога прошла по всему ее телу, и она, сильно вцепившись руками в простыни, громко застонала. Снова, всего на мгновение, обернулась ко мне, до крови закусив губу, потом вдруг обмякла и в изнеможении упала на подушки. Я осторожно вышел из нее и на этот раз уже нежно поцеловал в макушку. Обнял ее и еще раз с наслаждением вдохнул терпкий аромат ее волос. Она зашевелилась и перевернулась на спину, посмотрела на меня и прошептала:

— Пожалуйста, больше никогда не делай это со мной так грубо.

Я наклонился над ней, нежно провел пальцем по ее сухим губам:

— Я думал, тебе будет приятно.

— Мне было очень хорошо, но все равно так больше не надо.

— Договорились. Будешь кофе?

— Нет. Принеси лучше воды, — ответила она и села на кровати, опустив ноги на пол.

Я протянул руку, взял с тумбочки и подал ей бутылку минералки. Подождал, пока она утолит жажду, посмотрел украдкой на часы, решительно соскочил с постели и, глядя Файзе прямо в глаза, сказал:

— Сейчас мы поедем в полицейский участок, я тебя познакомлю с начальником полиции Шарма. Это мой друг. Его зовут Омар. Тебе оформят новые документы и поселят на конспиративной квартире. Ты будешь там в полной безопасности. Никакие киллеры тебя не найдут.

— И как долго я там буду жить? — спросила она, и я увидел, что девушка готова снова расплакаться.

— Пока я не вернусь и не заберу тебя, — соврал я.

Северный Синай

Мы выехали рано на рассвете. На двух грузовиках, окрашенных в песочный цвет, в которых я с удивлением узнал наши родные «Уралы 4320», выпуск которых начался еще в брежневские времена и продолжался до сих пор. Ребят было шестеро. Крепких парней высокого, почти гренадерского роста, молчаливых и сосредоточенных. Я разместился в кабине второго грузовика, куда меня любезно пригласил сесть командир отряда Али, невысокого роста капитан с коротко подстриженными волосами и начинающим оформляться животиком. Смуглое лицо его имело странное, как будто застывшее выражение, а черные внимательные глаза смотрели на собеседника холодно и почти равнодушно, отчего создавалось впечатление, что он смотрит сквозь собеседника. Пожалуй, этот взгляд — единственное, что выдавало в нем принадлежность к элитному спецназу. Поскольку стоило ему только нацепить на нос солнцезащитные очки типа «хамелеон» в тонкой металлической оправе, как он тут же превратился в добродушного толстяка, своим видом и абсолютно неспортивной фигурой резко отличающегося от своих поджарых и накачанных подчиненных. И уж менее всего теперь он походил на командира отделения отряда специального назначения «888», который специализировался главным образом на точечных боевых операциях по уничтожению лидеров экстремистов и боевиков. Глядя на него, я сразу вспомнил Владимира Ивановича, нашего инструктора по рукопашному бою, который тоже имел совершенно заурядную внешность этакого деревенского мужичка от сохи, только вылезшего из-под трактора. Вот он был настоящим мастером перевоплощения. Как сейчас помню, на учениях в Брянской области он показал нам, тогда еще салагам, как беспрепятственно приблизиться и уничтожить блокпост противника. В образе сельского почтальона, а-ля Печкин, на раздолбанном, скрипучем и ржавом велосипеде, с потрепанной брезентовой сумкой через плечо, он остановился перед шлагбаумом поста, неловко слез с велосипеда, очень картинно зацепившись штаниной за педали, с трудом удержал равновесие, чтобы не упасть, и попросил спички. При этом двум бойцам на КПП^[27] даже в голову не пришло, что у этого милого дедули во рту ждут своего часа две опасные бритвы типа «Нева», которые в нужный момент могут вылететь и гарантированно поразить противника на расстоянии до пяти метров. Глядя на Али, я еще раз убедился, насколько обманчива бывает внешность. Сам он неожиданно легко для своей комплекции вскочил в кабину первого грузовика и махнул рукой шестерым бойцам. Те, почти не касаясь борта машины руками, в доли секунды оказались в кузове и молча заняли свои места на деревянных откидных лавках вдоль бортов. Вооружена группа была хорошо. В кабине за моей спиной висел наш родной гранатомет «РПГ-7», уже заряженный выстрелом. На крыше первой машины, как я успел заметить, был закреплен египетский вариант бельгийского 7,62-мм пулемета FN MAG. Сами бойцы небрежно держали на коленях 7,62-мм автоматы Калашникова египетского производства.