Книга Нулевой пассажир, страница 64 – Олег Лесников

— А как же ваша группа? Получается, предприняв тотальную зачистку аэродрома, они сильно рисковали. Могли погибнуть военнослужащие иностранного государства.

— Брось! Ничем они не рисковали. Просто просчитались. Поскольку моей группы для них никогда не существовало. Мы для них некто вроде призраков, и они, по счастью, до сих пор понятия не имеют, кто мы и как оказались там. Так что мы с тобой, Артем, теперь в одной лодке, хотим мы этого или нет. И до окончания операции раскачивать ее не стоит. И если вздумаешь сейчас вернуться обратно в Шарм, то, пожалуй, навсегда упустишь свой единственный шанс проскочить между молотом и наковальней. Так, кажется, у вас говорят?

— А что изменится после моего участия в вашей пресловутой «Арабеске»? Вы же все равно не будете давать показания в мою пользу.

— Мы не будем. И ты прекрасно знаешь почему. Но могу тебя успокоить. Ты запамятовал, что у меня остались контакты тех пятерых девчонок-заложниц с аэродрома. Думаю, если сильно припечет, мы сможем найти способы уговорить их дать свидетельские показания в твою пользу.

— Ты вроде недавно говорила, что вербовать меня пока никто не собирается? Или мне показалось?

— Нет, не показалось. Именно так я и сказала. Могу повторить еще раз.

— Тогда чем, стесняюсь спросить, ты занята сейчас? Если это не попытка вербовки, то тогда я — папа римский.

— Думай что хочешь, — устало проговорила она. — Мое предложение в любом случае остается в силе, и, если мы наконец все выяснили и других вопросов ко мне пока больше нет, — сделала она ударение на слово «пока», — давай займемся более приятным делом. А потом ты озвучишь свое решение, и, если оно будет положительным, я введу тебя в курс дела по «Арабеске», — понизила она голос до шепота, одновременно спуская одну за другой бретельки сарафана. Потом спросила, кокетливо поведя оголенными плечами: — Варава, а может, я просто тебе больше не нравлюсь? Скажи честно, ты по-прежнему убежден, что я продолжаю водить тебя за нос? Причем не одна, а вместе со всем личным составом «Моссада»? — Сарафан проскользил по загорелым ногам и упал на пол, усыпанный крошевом кирпича, густо покрытого цементной пылью. Нижнего белья под сарафаном не оказалось. — Или, может быть, ты думаешь, что я и это делаю по приказу из «Моссада»?

— Что именно? Не носишь трусики? — пробормотал я, не в силах оторвать взгляд от ее стройных загорелых ног.

— Нет. Трусики я не ношу потому, что с некоторых пор не люблю нижнее белье, — пояснила она. — Оно, конечно, сохраняет необходимую гигиену, но чертовски стесняет движения в рукопашном бою. Поэтому с некоторого времени предпочитаю обходиться без него. Кстати, если ты не знал, скорость реакции организма, если его движения чем-то стеснены, падает на целых двадцать пять процентов. А еще… просто мне чертовски нравится, когда ты смотришь на меня голую. И когда ты, наконец, уже спустишь эти свои чертовы джинсы? Какой же ты медлительный, — снова перейдя на шепот, сказала Маруся, переступила через упавший сарафан и, подойдя ближе, опустилась передо мной на корточки.

— Я не медлительный, а осознанный. Это совершенно разные вещи. А насчет трусиков я заметил. Еще там… на аэродроме, — бормотал я, торопливо расстегивая джинсы.

— Ну все, хватит препираться. Я хочу тебя.