Книга Месть – блюдо горячее, страница 34 – Николай Свечин

Молявкин вжал голову в плечи:

— Уж, верно, сбежали из города…

— Куда?

— В Саратов.

Всех в комнате будто током ударило.

— Почему в Саратов? Что ж ты раньше молчал, ирод?

Бандит пояснил:

— Когда в девятом году взяли шайку Ковалева, Егор Савватеевич спрятался в Саратове. Там у него большие связи среди фартовых – и сейчас они помогут ему укрыться.

— С Оки на Волгу? – процедил Лыков. – Ну-ну… Поищем в Саратове. А точно Егорка уже смылся? Не уловка ли это с его стороны? А может, с твоей? – Он взял арестованного за подбородок: – Ты не врешь?

— Верняком-то я не знаю, но говорили они промеж себя: надо в Саратов мотать. Там-де подсобят. Только денег у них было мало. Вот и решили пополнить кассу, прибить старушонку… Сперва целились подломать ювелирный магазин на Почтовой, да побоялись…

— Это заведение Шмерки Евелева, – догадался губернский секретарь. – А что помешало?

— Говорю же: струхнули. Место на виду, фонари, городовые. Нищенку в деревне кончить безопаснее. Теперь у них деньги есть, можно драпать.

Шансы, что двое убийц еще не покинули Рязань, оставались. Решено было усилить поиски, хотя куда уж там усиливать… Лыков отказался от поездки в Солотчу. В состоянии задумчивости он шел к себе на Соборную, размышляя, как ему мотивировать перед Степой Белецким командировку в Саратов. Тут-то и случилось происшествие, которое обрушило его фонды в глазах местной полиции.

Любопытную фигуру на углу Почтовой и Болдаревской он заметил издалека. Молодой мужчина стоял фитой^[27], уперши руки в боки. Наружность у него была видная: стать, высокий рост, располагающее лицо. И какой-то природный аристократизм в повадке, словно человек вырос в родовитой семье.

Тут до питерца дошло, что он мысленно перечислил приметы Софрона Князева, которые сообщил Баулин. Неужели это в самом деле Князь, робингуд из Острого Камня? Сыщик машинально замедлил ход и тут же понял, что незнакомец заметил его маневр. Потому как развернулся и почесал вдоль Почтовой в сторону базара. Алексей Николаевич, уже не скрываясь, припустил за ним. Двое, молодой и не очень, почти бежали в наступающих сумерках. Лыков даже не знал, зачем он преследует незнакомца. Если это в самом деле Софрон, то что с ним делать? Молодой, сильный – попробуй арестуй такого в одиночку. А главное, для чего? Чтобы бесчестный урядник торжествовал победу?

Задумавшись над своим поведением, Алексей Николаевич на секунду расслабился. А когда поднял взгляд, статного красавца впереди уже не было. Шмыгнул в подворотню? В какую именно?

Лыков замешкался, но потом свернул-таки в ближайшую калитку. Там было тихо, пусто, но свежие следы на снегу уводили вперед. Он ускорил шаг, обогнул дом и оказался во дворе. Тут сзади на него обрушился сильный удар, и сыщик потерял сознание…

Очнулся командированный от холода. А еще от того, что кто-то тряс его за плечо. Сыщик открыл глаза и увидел, что над ним склонились двое. Бандиты? Он взят в плен? Однако мужчины выглядели скорее как промышленники средней руки.

— Эй, как вы себя чувствуете? Кто вы? И как здесь оказались?

— Слишком много вопросов сразу, – ответил Лыков и не узнал свой голос. Словно говорил другой человек. А еще заболела голова – в том месте, где ударили.

— Давайте мы вас поднимем, а то простудитесь, – сказал круглолицый. Они взяли сыщика за руки, осторожно поняли и приставили к стене.