Книга Месть – блюдо горячее, страница 49 – Николай Свечин

Монкевиц усадил подчиненного напротив и протянул ему тонкую пачку исписанных листов:

— Ознакомьтесь.

Павел стал читать. Сверху лежала телеграмма премьер-министра Сербии Пашича, адресованная министру иностранных дел России Сазонову. В ней серб сообщал, что Болгария усиленно вооружается при помощи Австро-Венгрии. В связи с этим, не желая отставать от опасного соседа, Сербия просит дружественную Россию предоставить ей:

— 120 000 ружей;

— 24 гаубицы калибра 10,5 сантиметра;

— 36 новейших горных орудий;

— боеприпасы к ружьям и пушкам;

— обмундирование на 250 000 солдат;

— необходимые материалы для телеграфов, телефонов и для 4 станций беспроволочного телеграфа.

Следующая бумага была отношением Сазонова к военному министру Сухомлинову. В ней дипломат писал, что считает необходимым пойти навстречу просьбе «в размерах, которые признает допустимыми военное ведомство».

Третьим шло письмо Сазонова нашему послу в Сербии Гартвигу. Министр заранее извещал подчиненного о возможном отказе в просьбе и делал оговорку: «Если отказ нашего Военного министерства поставит Сербию в затруднительное положение, можно будет отпустить этих предметов примерно в половинном количестве».

Пока Павел читал, дверь без стука распахнулась. Вошел и сел сбоку полковник Самойло, непосредственный начальник штабс-капитана по разведке Австро-Венгрии.

Как только Павлука вернул генералу бумаги, тот заговорил, резко и властно:

— Слушайте приказ на вашу секретную командировку. Вам надлежит пробраться в Сербию через Германию и Австро-Венгрию с подложными документами. Александр Александрович, они готовы?

— Давно, – коротко ответил Самойло.

— Хорошо. Ваша задача, Павел Алексеевич, многоплановая. Во-первых, дайте оценку сербской армии в настоящий период. Действительно ли им необходима такая прорва оружия, или старик Пашич алармист^[39]. Лишних винтовок и гаубиц, как вы понимаете, у нас сейчас нету. Самим не хватает, если говорить честно! Но… Сербия наш союзник. И ее поджимают с двух сторон недруги. Мы должны помочь, однако не в ущерб себе. Вам понятно? В анализе пускай поможет военный агент в Белграде полковник Артамонов. Ну и конечно, сам посол, гофмейстер Гартвиг.

Павлука про себя усмехнулся. И Монкевиц, и Самойло, сидящие сейчас перед ним, и посол Гартвиг – все трое были сыновьями врачей. Странное совпадение…

Между тем генерал продолжил:

— Война неизбежна, все ее будущие участники хорошо это понимают. Тянуть дальше нельзя, пора сразиться. А мы, как всегда, не готовы. Программа усиления армии на полпути к завершению. Даже состав противников до конца не ясен. На чьей стороне выступят Болгария, Румыния и Италия? А черт его знает! Оттого важны надежные союзники, такие как король Петр.

Монкевиц поерзал в кресле и задумчиво уставился в окно.

— Николай Августович, – воспользовался паузой штабс-капитан. – Для полноценного анализа сил сербской армии нужно несколько недель. И несколько умных голов; меня одного, даже при поддержке Артамонова, не хватит. Кроме того, Александр Александрович добавил мне несколько конкретных поручений…

Самойло тут же подхватил:

— Кому сейчас легко? На Дунае готовится заварушка. Лишние глаза и уши нужны позарез. Не каждый день мы посылаем во вражеские страны таких хорошо подготовленных офицеров.