Книга Узел, страница 93 – Николай Свечин

— К нему хорошо присмотрелись? Подвести наблюдение можно?

— Ваня на вид простодыр. Однако Ванда ему неплохо платит. Навряд ли он согласится продать такую хозяйку за сыщицкие копейки.

Алексей Николаевич подумал-подумал и приказал:

— Соберите мне все сведения на этого Красноложкина. Где родился, как попал в Москву, отбывал ли воинскую повинность. И подтвердите тождественность личности.

— Даже так? – удивились Гревцов со Стефановым.

А фон Мекк спросил:

— Господа, объясните мне. Что вас так поразило?

— И мне тоже, – потребовал жандарм.

Василий Степанович дал необходимые разъяснения:

— Подтверждение тождественности личности делается так: мы опрашиваем известных полиции благонадежных людей.

— Каких людей?

— Тех, кто знал этого человека смолоду. Например, вырос с ним в одной деревне или служил в одной роте. И они дают его словесный портрет. Если есть сильные различия, которые нельзя объяснить возрастными изменениями, значит, он не тот, за кого себя выдает, – сказал московский сыщик и обратился к питерцу: – Зачем такие сложности? Ведь на подтверждение тождественности уйдут недели. Простой кучер или артельщик. И тратить на него столько сил?

— Я только что сказал: слабое место – это всегда прислуга. Василий Степанович, вы же опытный человек. Пощупаем как следует Красноложкина и, если найдем слабину, выйдем на Подгурскую. А значит, и на Князя.

В результате Гревцову поручили проверить сразу двух простолюдинов – и дворника Швенцеровой, и артельщика Подгурской. Еще Лыков предложил взять под наблюдение всех товарных кассиров на московском узле. Таких было одиннадцать человек. Могут они составить заговор? На этот вопрос сыщика фон Мекк ответил:

— Если они сговорились, то мы долго концов не найдем.

— То есть эти люди могут создать хаос на московском узле?

— Запросто. И не только на нем. Ведь отсюда идут поезда во все части страны. Если есть, как вы говорите, механизм, и его цель – масштабные хищения, то в бумагах на грузы создают искусственную путаницу. И тогда страшно представить последствия… Как мне самому это в голову не пришло? Сегодня же назначу внеочередную ревизию!

— Ни в коем случае, – предостерег фон Мекка Лыков. – Спугнете.

— Что же мне, сидеть сложа руки? – вспыхнул председатель правления.

— Пока да. Мы скажем вам, когда можно будет.

На это нашлось возражение у Запасова:

— Так всю Россию растащат, пока мы кассиров выслеживаем. Николай Карлович, а если сделать негласную ревизию? Исподволь, чтобы подозреваемые не догадались?

— Это будет медленно, однако вполне возможно.

— Вот и начните негласно. Когда мы со своей стороны продвинемся, у вас уже будут результаты.

Фон Мекк согласился с таким вариантом и несколько успокоился. Но теперь разволновался Стефанов. Его по-прежнему не устраивала лыковская версия, что воры и бандиты потрошили Москву, лишь чтобы отвести подозрения от заправил. Тогда выходило, что он накрыл мелкую шушеру. И не заметил главного. Коллежский секретарь подверг критике выводы питерца:

— Вот вы сейчас заставляете нас следить за кассирами. Для чего? Неужели вы всерьез верите в историю с их сговором?

— Даже Николай Карлович говорит, что такое возможно, – ответил Лыков.

— Вы его запутали, вот он и сказал. Кассиры товарных станций получают хорошее жалованье. Это такое место, за которое всегда драка. И вот человек, прошедший отбор, выдержавший испытательный срок, начинает подделывать грузовые документы. Помилуйте, с чего вдруг! Он отправил вагон не туда, куда следует. И сопроводил липовой квитанцией. На которой, кстати, стоит его подпись, поскольку обер-кондуктор не примет у него раздаточную ведомость с чужой подписью. Да это завтра же станет известно. Вагон не пришел на станцию назначения. Коммерческий агент мигом поднимет шум, станет телеграфировать на станцию отправления, влезет страховая компания, грузоприниматель, транспортная контора, ревизор, бухгалтерия… Даже если подделку удастся выдать за ошибку, такого неумелого кассира тут же уволят. Один раз украдет – и окажется на улице с волчьим билетом. Поскольку все будут знать, за что человека лишили должности. И вы всерьез предлагаете нам поверить в это?