Книга По остывшим следам, страница 135 – Николай Свечин

— Не знаю, – честно ответил Лыков. – Возможно, именно сейчас они с Сайтани ударяют по рукам. Кроме этого, злодея в городе ничего не держит, он скроется под очередным вымышленным именем.

— Но не привез же ему Першин миллион в саквояже!

— Почему бы нет? У них, староверов, так заведено, уж я-то знаю. В семьдесят девятом году на Нижегородской ярмарке за пятьсот тысяч продавали рукопись протопопа Аввакума. Его духовное завещание. Столько народу тогда погибло…^[53] Все делалось тайно, за наличные деньги.

— Эх, – вздохнул Сергей, – упустили. А еще вот что я забыл сказать. Один из аксакалов рода Першиных, Александр Андреевич, со всеми сыновьями собирается переехать из Коврова.

— Куда и зачем?

— В село какое-то, забыл название. В Ставропольском уезде Самарской губернии. Зачем – никто не знает. Может, икона у них? Следы заметают?

— Вряд ли, – усомнился коллежский советник. – Заметать лучше в родном городе, где заборы высокие, собаки злые, а полиция давно куплена. Нет, тут что-то религиозное.

Они начали спорить, как вдруг пришел Тутышкин. Он спросил:

— Алексей Николаевич, а как вашего купца зовут?

— Северьян Дмитриевич Першин.

— Первой гильдии, из Коврова?

— Да. А вы почему спрашиваете, Василий Ильич?

— А он через час на пароходе уплывает.

— Как? Куда? – вскочили сыщики.

— В Нижний Новгород. Пароход называется «Жар-птица», отходит от пристани наследниц Курбатова. Это мне кум сообщил, он билетер на кассах, а сам бывший ковровский житель и Першина знает в лицо.

Сыщики полетели в Устье.

Они вбежали по сходне, и Лыков приказал капитану:

— Без моего разрешения не отчаливать!

Тот хотел возразить, но увидел полицейский билет и откозырял:

— Слушаюсь!

— Пусть нас проведут в каюту первого класса, где едет купец из Коврова.

— Старший помощник, ко мне!

Подошел вразвалку красномордый детина, от которого разило водкой.

— Чего?

— Проводи господ полицейских до первого классу.

— Айда за мной, – небрежно бросил детина и двинулся на верхнюю палубу. Привел сыщиков в короткий чистенький коридор и спросил:

— Кого вам надо?

— Першина.

— Это вот сюда.

Старший помощник хотел постучать, но Лыков перехватил его руку и удержал.

— Дальше мы сами. А ты ступай, закуси чем-нибудь, а то корабль потопишь, не дай Бог.

Красномордый хотел обидеться, но посмотрел на Лыкова и быстро удалился. Коллежский советник попробовал дверь – заперта изнутри. Он был весь на нервах. Неужели икона в каюте? И он сейчас возьмет ее в руки?

Сыщики постучали. Пассажир открыл, не спрашивая, кто там. Алексей Николаевич оттер его плечом, полицейские быстро вошли и закрыли за собой дверь.

— В чем дело? – удивился Першин.

— Полиция. Предъявите вещи к досмотру.

— Какой досмотр! Вы с ума сошли, что ли? Вы хоть знаете, кто я?

— Першин Северьян Дмитриевич, похититель иконы Казанской Божьей Матери.

— Что-о-о? Да я…

— Молчать!!! – рявкнул коллежский советник. – Открыть чемодан, самому отойти к окну.

— На каком основании? Кто вы такие? Я не позволю! Я…

— Сергей Манолович, обеспечьте выполнение моего распоряжения, – бросил через плечо Лыков.

Азвестопуло вышел из-за его спины и за рукав оттащил купца в сторону.

— Да кто вы?

Грек дурашливо ответил:

— Так что это есть полицейский генерал Вырвигласс. А я, стало быть, полковник Держивморду. Надо бы на чаек с вашей милости.