Онлайн книга «Тифлис 1904»
|
Следователь предоставил инициативу питерцу, а сам больше слушал. — Итак. Вы помощник пристава Авлабарского участка коллежский секретарь Иван Фомич Дулайтис. Я обвиняю вас в мошенничестве, совместно с кассиром второго разряда Тифлисского губернского казначейства Злогостевым. Что имеете сказать в свое оправдание? Дулайтис с ходу начал юлить и отпираться: — Это недоразумение! Я пришел к господину Злогостеву, своему знакомому, с частным визитом. Те пятьсот рублей, что нашли при мне, суть заем, который дал мне Злогостев. Все обвинения в мошенничестве я отрицаю. Алексей Николаевич молча положил перед арестованным протокол допроса кассира. В нем титулярный советник полностью признавался в содеянном. Хотел присвоить заведомо краденые доходные бумаги, для чего позвал полицейского чиновника. Чтобы тот напугал и выгнал вора, пригрозив арестом. Заплатил за это помощнику пристава Дулайтису пятьсот рублей. Сговорились они заранее, по приказанию неизвестного лица, которое руководит всеми махинациями в казначействе. Коллежский секретарь прочел показания и покрылся пятнами. — Виноват! Дозвольте принести повинную? — Сразу надо было виниться, – отрезал сыщик. – Теперь, после показаний кассира и рапорта сыскного чиновника Азвестопуло, ваша вина уже бесспорно доказана. — Виноват… — Но, – голос коллежского советника смягчился, – учитывая вашу прошлую службу, так и быть, даю вам поблажку. Суд учтет добровольное признание вины и помощь следствию. Но только честно, без утайки! — Как на духу, господин Лыков. Как на духу. — Давно вы работаете на аферистов из казначейства? — Второй год. — Приказы получали от Шмыткина? — Точно так, – ответил растерянно помощник пристава. – Все-то вы знаете… — Какого рода были поручения? — Сопровождал в казначейство лиц, которые… Ну, разбойников, одним словом. Чтобы другие полицейские к ним не цеплялись. — Еще что? — Передавал сам денежные суммы, кому велели. Следил иногда. Раз, помню, филировал курда, для чего переоделся в партикулярное платье. Курда того потом обслужили в конторе Цовьянова. Следователь, разбрызгивая пером чернила, торопливо записывал показания. — Но Шмыткина давно нет, – напомнил Лыков. – Кто же велел вам явиться к Злогостеву и сыграть свою роль? — Сегодня утром пришла дама и передала приказ от Большого. — От какого Большого? – подался вперед Мамамтавришвили. — Не могу знать, – по-солдатски ответил коллежский секретарь. Пожал плечами и добавил: – Кто-то же есть у них за главного, тот, кто всем крутит. — Но вы ничего о нем не знаете? — Нет. Да и зачем? Меньше знаешь – крепче спишь. — Продолжайте, Дулайтис, – скомандовал сыщик. – Пришла дама… — Да. Сказала, что теперь приказы от Большого будет передавать она. И сообщила, что я должен сделать. Ввалиться, напугать, отобрать и выгнать. — Вы сразу согласились? — Пятьсот рублей на дороге не валяются… — Сами придумали детали? Дулайтис закатил глаза: — Что вспомнилось… Дама сказала: начните писать протокол изъятия, а потом порвите его на глазах у фартового. Мол, ступай прочь, пока я добрый. Я и ответь: какие слова вы знаете, барыня. Или Большой – полицейский? Он вас научил? Сыщик со следователем навострили уши. Неужели сейчас всплывет что-то важное? — А она мне и отвечает: Большой раньше служил в полиции, его не обманешь. Но, строго так закончила, вас это не касается. |