Книга Смертельные ловушки, страница 2 – Кэй Клевер Стрэхен

Мистер Лаки спустился с крыльца на лужайку и тут же сердечно обратился к мистеру Фисби:

— Итак, сосед, ищите уединения для принятия утренней ванны?

Как он и надеялся, его фраза разрядила обстановку. Конечно, она была невероятно забавной. Мистер Фисби рассмеялся, и в унисон его хихиканью затряслись и худенький животик, и бадья на голове. Внезапно он пришел в себя. Его подбородок поднялся; взгляд устремился вперед, к некой высокой и определенной цели. Он возобновил свое шествие, но теперь он двигался твердо и решительно. Возможно, как крестоносец? Вряд ли. У него был высокомерный вид. А крестоносцы, как полагал мистер Лаки, не были высокомерными.

В дюжине шагов от своего зрителя мистер Фисби остановился и низко поклонился, приложив левую руку к правому плечу. Поклонился еще раз, теперь приложив правую руку к левому плечу, и его поклон свалил бадью на землю вверх дном.

Мистер Фисби взобрался на нее. С деланой застенчивостью пригладил воображаемые роскошные усы; элегантно поправил несуществующий монокль; вынул пачку бумаг и аккуратно положил их на стол возле себя.

— Леди и джентльмены, меня попросили обратиться к вам насчет вопроса культуры. Как вы знаете, сейчас «культура» является совершенно относительным понятием. Я имею в виду, что человек, жаждущий культуры, мог бы посетить родственников, дабы обрести ее. Поскольку (и это было моим тезисом многие годы) человек, который сознательно и добровольно навещает родственников, заслуживает и достоин всего, в том числе и культуры.

«Прирожденный клоун», – подумал мистер Лаки с некоторым интересом. Б. Лаки любил посмеяться так же, как и любой другой человек. Тем не менее, поскольку Фисби прекрасно знал, что данная тема сейчас была болезненной, он мог бы поговорить о чем-нибудь другом.

Садовый шланг длинной черной змеей тянулся по траве, оканчиваясь слишком близко к коричневым туфлям мистера Лаки. Безобидный и невинный, он предлагал мистеру Лаки слишком сильное искушение. Не самое изысканное, но в лучших традициях.

Не то, чтобы он мог направить всю силу потока на старину Фисби, говорил себе мистер Лаки. Но он мог бы просто попугать его, плеснув из шланга на основание бадьи и немного поплескав водой вокруг. Он понимал, что им овладело желание воспользоваться шлангом: услышать шорох капель, бьющих в жестяную поверхность кадки; видеть, как они рассекают воздух и рассеиваются.

На мгновение он задумался о том, стоит ли идти к крану с шлангом в руках. Казалось, что лучше оставить его на месте и небрежно прогуляться, дойти до крана, включить воду и надеяться, что Фисби не заметит, что из шланга пошла вода (тот ведь прикрыт травой). А он, Лаки, успеет быстро вернуться, схватить шланг и прицелиться.

— Что же касается высоколобых, – продолжал разглагольствовать мистер Фисби, – то они делятся на два вида: настоящих и притворных. Но это не должно вас беспокоить. Существует тест, причем безошибочный. Едва встретив подозреваемого, сделайте вид постового полицейского и строго спросите у него, является ли он картофелем. Если он в ответ проявит раздражение, и опровергнет обвинение, то можете быть уверены: он – самозванец, не имеющий никакого отношения к культуре. А если же он, напротив, скромно согласится… О, нет! – выкрикнул мистер Фисби, спрыгивая с кадки и приземляясь на колени. Он резко дернулся и поймал наконечник шланга как раз в тот момент, когда напор воды стал ослабевать и прекратился.