Книга Тени яблоневой аллеи, страница 21 – Дарья Калинина

Все указывало на то, что поэтесса собралась приятно провести время, сидя за ноутбуком и попивая чаек, но что-то ей в этом занятии сильно помешало. Оленька немного постояла, пытаясь понять, как ей действовать дальше, но внезапно снова услышала странный звук. Казалось, что кто-то стонал в беседке. Но кто? И где? Под сводчатым потолком решительно никого кроме самой Оленьки не наблюдалось. Тем не менее жалобный звук повторился вновь. В полной растерянности Оленька обвела взглядом вокруг себя и зацепилась за деталь, которой тут не должно было быть.

Возле одной из ножек стола лежала дамская туфелька. Очень изящная, из мягкой замши с вышивкой бусинами и на таком удобном невысоком каблучке, который позволяет и осанку сохранять, и ноги не перетруждает. Откуда же тут взялась такая туфелька? Оленька сделала несколько шагов, обогнула стол и увидела распростертое на полу женское тело и густые темные волосы, на которых виднелась еще свежая кровь.

— Ой, мамочка! – взвизгнула Оленька, когда вновь раздался тот самый стон, уже слышимый ею ранее.

Так вот кто тут стонет!

Оленька подбежала к упавшей женщине и поняла, что дело куда серьезней, чем представлялось вначале. Лицо у соседки было бледней мела, а возле головы расплывалось кровавое пятно. Видимо, когда ей неожиданно стало дурно, она упала и сильно ударилась головой при падении.

— Вы как? Вы меня слышите?

Но глаза у пострадавшей были прикрыты, хотя с губ время от времени срывался жалобный стон. Сомневаться не приходилось, поэтесса нуждалась в помощи. И какое счастье, что телефон Оленька прихватила с собой! Теперь удалось вызвать помощь врачей сравнительно быстро. Оленька получила от них указания все время находиться рядом с пострадавшей, но ни в коем случае ее не передвигать.

— За это можете не волноваться, она такая дородная дама, что мне ее при всем желании не сдвинуть.

Оленьке также посоветовали не пытаться самостоятельно оказать пострадавшей помощь.

— Если мы имеем дело с черепно-мозговой травмой, любое вмешательство непрофессионала может оказаться фатальным.

— Я все поняла. Буду наблюдать, чтобы она не шевелилась.

Впрочем, несчастная вовсе не делала таких попыток. Она лежала очень тихо и бледнела все сильней, почти сравнявшись цветом с окружавшей ее тенистой зеленью. Последнее Оленьку сильно тревожило. Ну не может быть человек настолько зеленым. Врачам цвет лица пострадавшей тоже не понравился.

— Травма головы присутствует, но тут, мне кажется, что-то еще. Что было у нее в чашке?

Оленька пожала плечами.

— Я ничего не трогала.

— Тем не менее сейчас чашка пуста.

— Наверное, она не успела себе ничего налить.

— И вы видите где-то на столе чайник, графин или что-то подобное?

— Нет.

Только сейчас Оленька сообразила, что картина и впрямь выглядит странно. Чашка есть. Печенье есть. А самого чая не наблюдается.

— И что вы думаете по этому поводу?

Но врач пробурчал, что думать – это не его работа. А Оленька успокоила себя мыслью, что чашку с чаем пострадавшая принесла из дома и весь заранее приготовленный напиток выпила еще до того, как свалиться.

— Вот о том-то и речь, – сказал врач, когда она поделилась с ним своими умозаключениями. – В том-то все и дело! Выпила и упала. Постарайтесь, чтобы данная чашка с остатками напитка не пропала.