Книга Тени яблоневой аллеи, страница 86 – Дарья Калинина

— Катька, ты вконец обнаглела, – осадила ее Светлана. – Уж не ты ли стоишь за их таинственными исчезновениями?

— Чтобы я тайком воровала у своих?!

— Если дело касается чего-нибудь вкусненького, то вполне. Неоднократно ловили тебя за таким занятием.

— Одно дело взять конфетку без спроса и совсем другое – выкрасть птичку из чужого курятника. Оля над ними так трясется! Да и где бы я его приготовила?

— С тебя станется и сырым петуха сожрать. Со шпорами и гребнем!

На такое Катюша уже всерьез обиделась. Остальные тоже велели Светлане попридержать язык. Чувствуя поддержку, Катя попыталась вновь вернуться к теме гастрономического оргазма, случающегося с людьми при поедания молодой курятины, но ей посоветовали сегодня все-таки удовольствоваться печеными овощами.

— Подадим их со свежим козьим сыром. Будет очень вкусно!

Услышав, что к овощам будет еще и сыр, Катюша перестала дуться. Она вообще не была обидчива, а тут еще вернулась Виолетта со следователем. Его тоже пригласили остаться на ужин, но он отказался.

— Благодарю, меня ждут дома. Оставляю вам вашу подругу в целости и сохранности. Надеюсь, что завтра утром найду ее в том же состоянии.

— Все будет в порядке, а если нет, то мы вам позвоним, – пообещала ему Катюша.

Всем, кроме Кати, хотелось расспросить Виолетту о том, что спрашивал у нее следователь. Но Виолетта была неразговорчива и, к восторгу Катюши, предложила:

— Устала я очень. Может, поедим сначала?

Но и за ужином настроение у нее не сильно улучшилось. Оленька видела, что Виолетта едва прикоснулась к овощам, а сыра отведала такой крохотный кусочек, что он запросто поместился бы на ногте пальца.

Катюша немедленно предприняла новую атаку на Оленьку:

— Я тебе говорила, нам всем нужен белок, нужно мясо, – шептала она ей. – Ну что ты вцепилась в своих петухов? Ты же их завела для того, чтобы осенью съесть.

— Катька, не могу я! Привязалась к ним. Вырастила с пеленок, можно сказать.

— Еще скажи, что они тебе как родные.

— И скажу!

— Тогда еще хлеба можно мне хотя бы?

К ужину была подана чиабатта с чесноком и оливковым маслом. Ее испекла Светлана на углях. Тесто она готовила на закваске. Оно получалось у нее невероятно пышным.

Взяв кусок, Катюша обнаружила в нем на месте мякиша лишь огромную дыру, образовавшуюся на месте воздушного пузыря, и опечалилась:

— И тут обман! Вроде кусок, а на деле одни корки.

— Не плачь, – как можно ласковей утешила ее Оленька. – После ужина я угощу тебя мармеладом. Тебя одну. Понимаешь?

— А каким? Малиновым?

— Лучше. Твоим любимым, клубничным. Отдам тебе всю коробочку.

Мармелад Оленька готовила сама из сока свежих ягод и желатина. Катюша его очень любила еще и за то, что есть его ей позволялось в любых количествах. Светлана не считала мармелад вредным лакомством и несколько снижала контроль за его потреблением, чем Катюша и пользовалась.

После ужина все пили чай, кто с медом, кто с вареньем, а кто и просто с сушками. Сушечки были нескольких видов. С маком, с сахарной глазурью, сдобные и простые. Наконец после чаепития наступил долгожданный час икс. Все устроились под низко опущенным абажуром и разложили на столе альбомы.

Первый, самый старый, в синем блестящем плюше, был посвящен окончанию начальной школы. Антонина показала себя, показала Олега, а на роль Кости у нее имелся лишь один худенький мальчик.