Книга Грело. Гаспар де Марсан. Том I, страница 125 – Александр Шевец

Морне подвинул к себе служебную ведомость.

— Если клерк правильно помнит вещь, которую видел месяц назад.

Де Марсан посмотрел сначала на него, затем на Леклера.

— Вы двое когда-нибудь репетируете это заранее?

Первый министр даже не улыбнулся.

— Нет. Просто оба понимаем разницу между свидетельством и фактом.

Леклер тем временем повернулся к Бонне.

— Что обычно происходит с жетоном после смерти клиента?

— Его возвращают при закрытии счёта и уничтожают, — объяснил финансист. — Если дела завершает наследник, жетон обычно приносит он вместе с бумагами.

— В случае Вийе кто закрывал счёт?

Бонне немного подумал.

— Его брат. Но не лично со мной. Этим занимался старший служащий.

Гаспар опёрся ладонями о стол.

— Значит, жетон мог остаться у брата.

— Мог. Мог лежать среди вещей Вийе, мог потеряться ещё при его жизни, мог оказаться у человека, которому он когда-то доверял поручения. Я могу перечислить ещё несколько вариантов, если вам станет скучно.

— Не надо, — ответил Гаспар. — Матье справляется.

Леклер сделал вид, что не услышал.

Морне повернулся к финансисту.

— Господин Бонне, нам потребуются копии всех операций Вийе за последний год и имена служащих вашей конторы, которые работали с его счётом.

— Получите сегодня.

Бонне уже собирался закрыть реестр, но задержал руку на обложке.

— И я хотел бы попросить об одном.

Морне посмотрел на него.

— О чём?

Финансист ответил не сразу.

— Если кто-то использовал жетон умершего клиента через мою контору, значит, он рассчитывал, что имя никто не проверит. Когда выясните, кто это был, я хотел бы знать.

Гаспар слегка усмехнулся.

— Профессиональная гордость?

Бонне посмотрел на него спокойно.

— Профессиональный интерес. Гордость обычно стоит дороже.

Он поднялся, забрал книгу и попрощался с Морне. Когда дверь за ним закрылась, Гаспар ещё несколько секунд смотрел ей вслед.

— Симпатичный человек, — заметил он.

Первый министр начал собирать выписки.

— Вы говорили это о нескольких людях, которых потом хотели вызвать на дуэль.

Гаспар нахмурился.

— Неправда.

Леклер поднял глаза от записей.

— О двух точно.

— Два случая ещё не закономерность, — возразил де Марсан и потянулся к засахаренным орехам.

Морне успел убрать тарелку раньше.

Работа продолжалась почти до полудня. Ничего столь же полезного в остальных закупках не нашлось. Одна большая партия ушла монастырской школе, другая — переписчику судебных документов, третья давно превратилась в бухгалтерские книги нескольких торговых домов.

Имя Вийе, однако, меняло направление поисков. До сих пор неизвестный заказчик прятался за посредниками, разными типографиями и наличными. Теперь выяснилось, что кто-то использовал не только имя конкретного умершего человека, но и вещь, принадлежавшую ему при жизни.

Гаспар не спешил решать, откуда взялся жетон. Несколько лет назад он бы уже потребовал допросить брата, проверить каждого знакомого Вийе и перевернуть его прежнюю комнату. Теперь первым вопросом становилось другое: где жетон находился после смерти владельца и кто мог его взять.

Ближе к часу Морне отпустил секретаря и велел убрать торговые книги. Леклер отправился разбираться с записями третьего поставщика, а Гаспар вышел из канцелярии во внутренний двор.

Солнце наконец пробилось через облака. После нескольких дождливых дней каменные стены Бельрива быстро нагревались, хотя под аркадами ещё держалась прохлада. На площадке тренировались молодые люди, прошедшие первые испытания для королевской службы.