Книга Грело. Гаспар де Марсан. Том I, страница 13 – Александр Шевец

Второй проследил за его взглядом, заметил приближавшегося шута и усмехнулся.

— Да продолжай. Он всё равно не поймёт, о чём речь, — бросил молодой человек, после чего снова повернулся к приятелю.

Грело достал из-за пазухи сыр, развернул салфетку и стал рассматривать его при свете настенного подсвечника.

— В понедельник капитана снимут, — продолжил первый дворянин, хотя теперь говорил чуть тише. Он время от времени поглядывал на Грело, который понюхал сыр и недовольно поморщился. — Приказ уже подготовлен.

— Кто вместо него?

— Не знаю. Кто-то из провинции. Говорят, человек Морне.

Грело остановился возле них и протянул сыр вперёд.

— Господа, мне нужен беспристрастный человек.

Оба посмотрели на свёрток.

— Что ты хочешь?

— Понять, можно ли это есть. Жанна дала мне его на кухне, а она меня не любит.

Второй дворянин отступил.

— Убери.

— Значит, тоже пахнет странно?

— От тебя пахнет странно.

— Это другое. К этому я привык.

Они рассмеялись, а Грело завернул сыр обратно и пошёл дальше. Разговор за его спиной возобновился почти сразу, но он уже не пытался разобрать слова. Какого капитана собирались сменить, пока не имело значения; если новость относилась к чему-то действительно важному, фамилия ещё всплывёт.

У двери своих комнат он оглянулся в обе стороны. Коридор был пуст. Грело достал ключ, открыл дверь, вошёл и запер её за собой. Несколько секунд он просто стоял возле замка, прислушиваясь к удаляющимся голосам в коридоре, после чего снял колпак и положил его на стол. Следом снял с шеи серебряный бубенчик и оставил рядом.

В его комнатах почти ничего не напоминало о придворном шуте. Возле стены стояла широкая кровать, у окна — тяжёлый письменный стол, рядом шкаф и старый дорожный сундук. На полке лежали несколько книг и колода карт в потёртом футляре; на спинке кресла висел тёмный плащ с аккуратно заштопанным плечом. Он давно мог позволить себе новый, но старый всё равно оставался на прежнем месте.

На стене над сундуком висела шпага.

Гаспар расстегнул камзол, снял его и бросил на кресло. Только теперь он снова посмотрел на правую ладонь. Следы от ногтей уже потемнели, один всё ещё неприятно саднил. В памяти сразу возник Вильере на лестнице, его рука возле колпака и слова об объедках.

Гаспар подошёл к стене и взялся за эфес. Маркиза он видел со шпагой дважды и хорошо представлял себе, как тот дерётся: слишком широко стоит, легко теряет терпение после первого промаха и заранее выдаёт длинный выпад правым плечом. Если бы разговор произошёл несколько лет назад, к этому часу уже нашёлся бы секундант, а утром обоим пришлось бы выехать за город.

Он вытянул клинок из ножен примерно на ладонь, осмотрел сталь и вернул его обратно. Злость от этого никуда не делась, но возвращаться наверх Гаспар уже не собирался. Вильере должен был лечь спать уверенным, что снова поспорил с наглым шутом и только поэтому оказался смешон перед приятелями. Если маркиз когда-нибудь узнает, насколько близок был к настоящему вызову, значит, Гаспар сам где-то ошибся.

Он подошёл к умывальнику, налил воды из кувшина и несколько раз плеснул ею на лицо. Холод немного помог. Гаспар вытерся, сменил камзол на простую рубаху и сел возле стола, где стояла недопитая бутылка вина. Кубок он наполнил примерно наполовину и впервые за вечер выпил нормальный глоток, не думая о том, кто за ним наблюдает.