Книга Холмс. Гарольд Холмс, страница 95 – Miledit

У Гарольда ничего подобного не было. Шерлок, при всей его параноидальной наблюдательности, ни разу не заметил ничего, что выходило бы за рамки обычной физики. Ни летающих книг, ни самовозгорающихся занавесок, ни внезапно исчезающих предметов.

Зато было кое-что другое.

Гарольд был аномально умен. Не просто «хорошо развит для своего возраста» — таких детей Майкрофт видел немало. Нет, речь шла о чем-то качественно ином. Уровень IQ, способность к дедукции, память, аналитические навыки — все это выходило далеко за пределы даже самых оптимистичных прогнозов.

Майкрофт мысленно перебрал известные ему примеры вундеркиндов. Дети, поступающие в университеты в десять лет, подростки, защищающие диссертации, — все они, как правило, имели серьезные изъяны. Проблемы с восприятием действительности, неспособность выстраивать сложные логические цепочки за пределами своей узкой специализации, трудности в общении, социальная неловкость. Они запоминали информацию, но не всегда умели ее интерпретировать.

У Гарольда подобных проблем не наблюдалось. Логические цепочки он выстраивал с легкостью, от которой у нормальных людей голова шла кругом. За словом в карман не лез — и это было, пожалуй, единственное, в чем Майкрофт советовал бы ему поумерить пыл. Хотя, глядя на Шерлока, понимал: бесполезно.

Сопоставив все эти факты, проконсультировавшись с экспертами и перебрав с десяток гипотез, Майкрофт пришел к определенному выводу. Выводу, который сейчас и предстояло озвучить.

— У меня есть теория, — сказал он наконец. — И, думаю, она объясняет большую часть странностей.

— Я весь внимание, — Шерлок ободряюще кивнул.

— Магические всплески у Гарольда были и раньше. — Но они пошли не наружу, а внутрь. На усиление возможностей мозга.

Мальчик нахмурился, пытаясь уловить связь.

— Ты так хотел быть умным, — продолжил Майкрофт, глядя на племянника. — Шерлок постоянно говорил о важности интеллекта, о превосходстве логики над эмоциями, о том, как глупы окружающие. И твоя магия, направленная твоим же подсознательным желанием, просто… подчинилась. Вместо того чтобы двигать предметы, она начала развивать твой мозг.

Гарольд слушал молча, его лицо оставалось непроницаемым. Только глаза выдавали работу мысли — они быстро двигались, показывая, что мозг обрабатывал информацию, выстраивая связи, проверяя гипотезу на логичность.

— То есть, — медленно произнес он, — если я сейчас или позднее начну учиться колдовать, если перенаправлю эту энергию наружу… я стану тупее? Потому что магия, которая раньше работала на мозг, уйдет наружу на всякие фокусы?

Шерлок открыл рот, но не нашелся, что сказать. Майкрофт тоже моргнул, пораженный логикой племянника.

— Это буквально работает не так, — начал он осторожно.

— А как? — перебил мальчик. — Судя по тому, что я успел узнать от тебя сегодня, волшебники не блещут интеллектом. У меня есть мозги, но нет магии. У них есть магия, но нет мозгов. Вероятно, это потому что энергия конечна, и волшебники тратят ее на всякую ерунду… — он пренебрежительно махнул рукой. — Уметь творить какую-то магическую хрень и быть тупым или не уметь и оставаться умным? Ну да, сложный выбор. Прям не знаю, что и выбрать.

Шерлок, который до этого молчал, вдруг издал звук, похожий на сдавленный смешок. Майкрофт почувствовал, как уголки его губ предательски дергаются. В рассуждениях племянника была своя, совершенно безумная логика. И, что самое ужасное, в ней имелось рациональное зерно. Но вслух он, разумеется, этого не сказал.