Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 208 – Наньпай Саньшу

Второй – почему двадцать лет назад Молчун почувствовал здесь какой-то странный аромат, но сейчас в коридоре не было и следа каких-либо запахов? Может, тогда в этом тоннеле было что-то еще?

Ответы на эти вопросы я мог получить только после того, как разыщу третьего дядю. Однако дядя был неизвестно где, и его поиски могли занять годы. А если он так и не появится, все мои вопросы навеки останутся без ответов.

Если предположить, что Толстяк прав и в дядю правда вселился дух этой гробницы, куда он мог отправиться? Взглянув на фото с Молчуном, он заорал, что что-то понял. Что же он тогда понял?

Чем дольше я об этом размышлял, тем яснее понимал, что не хватает какой-то одной очень важной детали. Было бы достаточно всего одного фрагмента, чтобы сразу собрать всю картинку целиком. И интуиция подсказывала, что этот самый недостающий фрагмент как-то связан с гробницей Лушан-вана.

Пока я был занят своими мыслями, наша маленькая процессия уже вышла через низкий проем обратно в камеру с макетом. Толстяк опустил А-Нин на пол и сказал:

— Время уже пришло, пора браться за дело.

Я тут же вспомнил, что в данный момент первоочередной задачей было не разгадывать загадки, а выбраться из подводной гробницы, поэтому торопливо отбросил лишние мысли и стал подробно разъяснять план действий. Поскольку мне еще никогда не приходилось вскрывать крышу гробницы эпохи Мин, я не очень хорошо представлял, что нас ждет, поэтому приходилось действовать наугад.

Закончив обсуждение, мы втроем приступили к работе. Толстяк, которого уже давно переполнял энтузиазм, схватил инструмент и принялся долбить одну из колонн. Он явно недооценил прочность древесины наньму: ударил с десяток раз и успел запыхаться, а от колонны отвалилась всего пара щепок. Видя, что дело не ладится, Толстяк позвал меня:

— Эй, дружище У, колонна какая-то слишком крепкая. Так мы лестницу себе неделю долбить будем.

— Погоди, сперва надо сколоть внешний слой, а по внутреннему уже бодрее пойдет, – пояснил я.

Не вполне уверенный, Толстяк перехватил инструмент покрепче и стал изо всех сил долбить по колонне. Вскоре дело и правда пошло гораздо лучше. После нескольких ударов Толстяк наконец снял внешний, твердый как железо слой древесины и выдолбил пространство, достаточное, чтобы поставить ногу.

Я же теперь знал, что коридор оканчивается тупиком, и, когда морская вода хлынет внутрь, она сможет лишь просочиться вниз через швы в кладке, а значит, ни о каких водоворотах можно не волноваться. Успокоенный, я схватился за инструмент и пошел помогать Толстяку, но всего пару ударов спустя ясно понял: это работа исключительно для него. У него и сила огромная, и выносливости хватает. После всего, что с нами произошло, он бодр и полон энергии, ни следа усталости. Я какое-то время поторчал рядом с ним, стуча по колонне, но уже скоро устал так, что не мог даже руки поднять.

Работа кипела около трех часов, и в конце концов нам удалось выдолбить в колонне ступеньки. Долбить внизу еще было легко, а вот чтобы работать наверху, приходилось вставать на уже готовые ступени и размахивать инструментом, вися в воздухе, из-за чего удары почти не имели силы, и выходил только узкий выступ, достаточный для передней части стопы. Впрочем, как бы то ни было, со своей задачей мы справились.