Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 85 – Наньпай Саньшу

— Чего разнылся? Не нравится – давай поменяемся! – огрызнулся Толстяк. – На моей заднице, знаешь ли, уже ни грамма мясца не осталось!

У меня не было ни малейшего желания с ним препираться, тем более на ветвях вокруг ствола кипариса висело множество трупов, очень плотно и близко друг к другу, и Толстяк то и дело натыкался на какую-нибудь груду костей. К счастью, триониксовым трупоедам это тоже здорово мешало. Когда вокруг разом появилось много тел, они перестали различать, где мы, а где мертвецы, и многие жуки начали запрыгивать на задетые нами высохшие трупы, чтобы вцепиться в их плоть.

Толстяку пришло в голову, что это неплохой способ избавиться от жуков. Он велел мне нарочно толкать трупы, раскачивать их и поворачивать, чтобы отвлечь насекомых от нас. Хотя мне жутко не хотелось это делать, я послушно расталкивал мертвецов, понимая, что жизнь важнее брезгливости. Пока мы карабкались вверх, я пихал ногой каждый труп в пределах досягаемости, и вскоре все вокруг заполнилось качающимися мертвецами.

Насекомые по показателю IQ сильно уступали людям. Мы видели, как они суетятся, не зная, что лучше: продолжать преследовать нас или же бежать грызть качающиеся тела. Толстяк же воспользовался тем, что они пока нерешительно кружили на одном месте, и гораздо быстрее полез вверх по стволу, мгновенно увеличив расстояние между нами. Наконец-то мы смогли спокойно выдохнуть.

После недавних упражнений мое онемение в руках и ногах прошло. Я задумался: а ведь ощущения при том отравлении очень похожи на то, что описывал дедушка в своих заметках. Мой дед ведь тогда не умер. Может, у меня, как у его внука, тоже есть какой-то иммунитет?

Как я ни старался, все равно ни к какому выводу не пришел. Я сказал Толстяку отпустить меня, раз могу шевелить руками и ногами. Глядя на ручьи пота, струящиеся по лбу пыхтящего Толстяка, я вспомнил, как тащил его к каменному алтарю на своем горбу, едва не захлебываясь кровью, и подумал: теперь-то мы с тобой квиты.

Вдруг я заметил позади Толстяка какого-то человека, который сидел на ветке и махал мне рукой. Вздрогнув, я потер глаза, и человек тут же исчез – я решил, что спрятался где-то за стволом, и вытянул шею, чтобы проверить.

— Хватит копаться! – заворчал Толстяк. – Быстрее наверх!

— Погоди! – Я схватил его за руку. – Налево, налево! Там только что кто-то махал мне рукой.

Толстяк вздохнул и послушно полез за мной. За стволом никого не оказалось, только узкое дупло, в которое человек бы еле-еле протиснулся. Внутри царила кромешная тьма, и увидеть хоть что-нибудь было невозможно.

Толстяк включил фонарик и посветил внутрь. Мы вздрогнули, увидев в дупле плотный кокон из лиан, которые обвивали почти разложившийся труп мужчины. Его голубые глаза так сильно помутнели, что не было видно зрачков, а рот был широко раскрыт, словно он пытался что-то мне сказать.

Толстяк покосился на меня и сказал:

— Тут только мертвец. Может, ты призрака увидел?

В этом путешествии я навидался стольких чудес, что невольно поверил бы и в призраков. Раз уж он махал нам и подзывал сюда, размышлял я, то наверняка с какой-то целью. С этой мыслью я почти привычно заглянул ему в рот, но вся нижняя челюсть трупа окончательно сгнила, и, даже если раньше там что-то лежало, оно уже давно выпало. Продолжив осмотр, я заметил, что он что-то стискивал в ладони. Я разжал его пальцы и увидел жетон на цепочке.