Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 3, страница 35 – Миф Базаров

Но благодаря словам княжны я понял то, что она не говорила вслух. Артём, он ушёл в портал, не оглянувшись. И если он сел в такой вот карман, то я могу гоняться за ним хоть до седых волос, а выйдет он из норы такой же, каким нырнул, и переживёт меня, и спляшет на моей могиле. Время на его стороне. Не на моей. Вот почему «Андреевку» надо искать сейчас, пока он не залёг на дно и не выторговал себе у жизни ещё десять-двадцать лет.

— Понятно, — сказал я. — Спасибо, что объяснили.

— Но есть и другие, — Софья Михайловна понизила голос, хотя в кабинете кроме нас не было ни души. — Те, кто не уживётся тут. Они опасны не из-за магии, а потому что убивают хозяина, едва попав в тело. А значит, он уже преступник в нашем мире, так как начал свою жизнь тут с убийства. Вот с такими, Игорь, надо воевать. Без оговорок и без жалости.

— А как же Анна?

— Анна попала в этот мир после смерти настоящей дочери Захара. Она была вызвана старым обрядом. Такие знания раньше встречались в древних родовых книгах. Так что ничего удивительного, что у древнего рода нашлось описание этого ритуала. Сейчас могу сказать наверняка, что оно изъято и повторить подобное не получится.

Я промолчал. Хотя теперь стала понятна спокойная реакция Захара на мои слова о том, что его дочка — попаданка.

— Кстати, — великая княжна чуть склонила голову, и тон сменился на почти светский. — Как вам удалось поладить с Захаром Васильевичем? Он хвалил вас и сказал, что на вас можно положиться в любом деле.

Я не поверил своим ушам.

— Захар? — переспросил я. — Снежный? Маг земли с ломом?

— Он самый.

— Софья Михайловна, при всём уважении, — я даже усмехнулся, не удержался. — Это инженер. Он молчун, каких ещё поискать надо. Он был у вас на аудиенции?

Глава ордена посмотрела на меня с тем же прищуром, с каким Пётр в столовой, когда я отмахнулся от фамилии Снежных. Простой-непростой.

— Додумаете сами, — сказала она. — Я не буду вам подсказывать.

Опять. Второй раз за двое суток одно и то же, слово в слово, от двух разных людей. Я начинал догадываться, что в этом «работяге» крупно недосмотрел. Но допытываться не стал, не хотят говорить — не надо, сам докопаюсь.

— Идите, Воронов, — сказала Софья Михайловна и поднялась. — С Анной мы управимся без вас, а вы отдохните по-человечески. Вы заслужили. И последнее: информацию об уничтоженном караване уже проверили, и оперативники на месте крайне удивлены вашей находчивостью в этом деле.

— Рад стараться, — кивнул я.

Женщина отвернулась к окну, давая этим понять, что аудиенция окончена.

Вышел из кабинета и заметил, что меня уже подстерегали. У стены, напротив дверей, Черкасова сдавала Пономаренко путевой отчёт: маршрут, расход средств, артефакты. Марию обступили двое. Я узнал их со спины.

— О, Воронов! — обернулся первый. — Живой!

Дмитрий Волков, Дима, сосед с Фонтанки. Он лыбился во весь рот, тряся мою руку обеими своими.

Рядом — невысокий, в очках с откидными линзами, в белом халате. Я поздоровался с ним и отстранился, разглядывая халат.

— Только не говори, что этот целый. Не поверю.

Друг улыбнулся, а я принялся внимательно рассматривать халат. Он был новый, на первый взгляд без единого пятна, но я давно знал Павлика. Да и непонятно, зачем тут нужен технарь? Он же ненавидел полевые вызовы. Всегда говорил, что это не его.