Книга Мажор в школе магии 4, страница 110 – Сергей Орлов

— Владения? — переспросил я, не понимая, о чём речь. — Какие ещё владения?

Асмодей снова усмехнулся, и на этот раз его смех был почти снисходительным.

— О, полукровка, ты так мало знаешь о своём… сожителе, — прорычал он. — Аббадон, как и все Высшие Демоны, владеет обширными территориями в нашем мире. Земли, пропитанные хаосом и безумием, где он правит абсолютной властью. Но сейчас, когда он разделён между четырьмя сосудами… — Демон развёл лапы в стороны, демонстрируя когти. — Его владения беззащитны перед более сильными претендентами. Такими, как я.

Внутри меня Аббадон клокотал от ярости, но я чувствовал, что он вынужден признать правоту своего врага. Гнев сменялся чем-то более холодным, расчетливым, более… человеческим? Нет, скорее прагматичным. Сохранение сил для будущей мести.

«Он прав, — наконец произнёс Аббадон в моём сознании, и каждое слово давалось ему с трудом. — В моём нынешнем состоянии я не могу противостоять его вторжению».

Я ощутил всю глубину ненависти и унижения, которые испытывал Аббадон, вынужденный отступить перед древним врагом. Эти чувства были настолько сильны, настолько чисты в своей интенсивности, что у меня защипало глаза. Никогда в своей жизни я не сталкивался с эмоциями такой силы. В сравнении с ними даже самые острые человеческие переживания казались бледными тенями.

Асмодей, словно читая наш внутренний диалог, оскалил пасть в жуткой улыбке. Его острые, как бритва, клыки влажно поблескивали в мерцающем свете Междумирья.

— Как приятно видеть тебя таким… сговорчивым, старый враг, — прорычал он, и в его голосе звучало глумливое торжество. — Возможно, человеческое тело делает тебя мудрее. Или… слабее?

Его последние слова были сказаны с таким явным презрением, что я почувствовал, как Аббадон вновь вскипает от ярости.

«Не поддавайся, — приказал я своей демонической части. — Именно этого он и добивается».

К моему изумлению, Дина внезапно сделала шаг вперёд. Её глаза пылали насыщенным красным светом, намного ярче, чем у Мелиссы или Ярика. Вокруг её тела клубилась тёмная аура, которая, казалось, стала ещё гуще в присутствии Асмодея — словно она тянулась к нему, как растение к солнцу.

— Я пойду с тобой, — произнесла она, обращаясь к демону. Её голос звучал странно, словно два голоса сливались в один — её собственный, человеческий, и другой, глубже и древнее, принадлежащий аспекту хаоса Аббадона.

— Дина, нет! — выкрикнул я, делая шаг к ней, но она остановила меня повелительным жестом, в котором было что-то нечеловеческое, что-то, от чего мои мышцы на мгновение парализовало.

— Я чувствую силу внутри себя, — произнесла она, и её лицо исказилось странной смесью экстаза и боли, почти оргазмическим наслаждением, смешанным с невыносимыми муками. — Она растёт с каждой минутой. Каждым ударом сердца. Каждым вдохом. Это… восхитительно и ужасно одновременно.

Её кожа начала меняться, приобретая почти металлический отлив, глаза полностью затопил красный свет, даже белки исчезли в этом сиянии. По её рукам пробегали багровые вспышки, оставляя после себя узоры, похожие на руны. Похожие на те, что я видел на коже Аббадона в Зеркале Души.

Её взгляд переместился на Мелиссу и Ярика, но в нём не было ни тепла, ни сочувствия — только холодный, оценивающий интерес, словно она смотрела на лабораторных мышей.