Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 5, страница 93 – Сергей Орлов

— Что за… — Диана приникла к лобовому стеклу, вглядываясь в жуткую картину. — Даже с техникой на такое ушли бы дни.

Я подъехал к воротам, чувствуя, как каждый нерв в теле натягивается струной. Странное ощущение дежа вю накрыло меня — всё вроде то же самое, но что-то неуловимо изменилось. Словно кто-то передвинул все предметы на пару сантиметров — вроде всё на месте, но что-то не так.

На сторожевой вышке не было привычного часового. Ворота выглядели чище, будто их недавно покрасили. Даже колючая проволока на заборе блестела, словно новая, хотя ещё вчера была ржавой и погнутой.

Мы остановились в нескольких метрах от ворот. Я посигналил — три коротких, один длинный. Наш условный сигнал. Обычно после этого в смотровой щели появлялось знакомое лицо, требующее пароль.

Но сейчас ворота просто медленно открылись. Бесшумно, плавно, словно их механизм был недавно смазан. Ни скрипа, ни скрежета — только тихое гудение электромоторов.

И тут я увидел её.

Она стояла в центре входа — высокая женщина с идеальной осанкой и лицом такой невероятной красоты, что захватывало дух. Каштановые волосы струились по плечам, словно жидкий шёлк. Кожа сияла изнутри, будто подсвеченная невидимым источником света. Тело, облачённое в простой чёрный костюм, напоминало скульптуру мастера эпохи Возрождения — безупречное в каждой линии, в каждом изгибе.

Но не это заставило меня застыть в оцепенении. Не безупречная красота, не нечеловеческая грация.

А её лицо. Я знал эти глаза, этот разрез губ, эту родинку на шее.

— Охренеть, — пробормотала Диана, не сводя взгляда с фигуры в воротах. Даже она, видавшая всякое, не могла скрыть изумления. — Это и есть Арбитр?

Но я не ответил. Потому что узнал эту женщину. Узнал, хотя это было невозможно. Абсолютно, блядь, невозможно.

Потому что Арбитром, стоящим у ворот Красного Села, была моя мать.

Та самая, которую я похоронил своими руками десять лет назад.

Я смотрел на неё — высокую, стройную женщину с каштановыми волосами, собранными в небрежный узел на затылке — и не мог дышать. Невозможно. Абсолютно, блядь, невозможно.

Десять лет назад я стоял у свежевырытой могилы на городском кладбище, цепляясь за ручки гроба, словно это могло удержать её в мире живых. Ливень хлестал по лицу, смешиваясь со слезами, которые я не мог сдержать, хотя и пытался. Помню скрип механизма, опускавшего гроб в землю, помню глухой стук первых комьев земли, ударивших по крышке. Помню острую боль осознания, что никогда больше не увижу её улыбку, не услышу её голос, не почувствую её руку на своём плече.

И вот теперь она стояла передо мной, улыбаясь той самой улыбкой, которая когда-то освещала моё детство. Точная, безупречная копия. От родинки над верхней губой до едва заметной асимметрии в разрезе глаз — всё воссоздано с пугающей точностью. Словно кто-то не просто скопировал внешность, а вытащил сам образ прямо из моих воспоминаний, из тех моментов, которые я так бережно хранил в памяти все эти годы.

— Что за херня…? — мой голос сорвался, превратившись в хриплый шёпот. — Ты кто, блядь, такая?

Диана встала по правую руку от меня, готовая действовать по первому сигналу.

— Здравствуй, Макар, — существо с лицом моей матери наклонило голову под неестественным углом. — Мы ждали тебя.