Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 6, страница 74 – Сергей Орлов

— Посмотри на меня, — она обхватила моё лицо ладонями, заставляя смотреть прямо в её глаза, не отворачиваться, не прятаться. Пальцы впивались в скулы и щёки с такой силой, что я физически ощущал, как кости черепа слегка прогибаются под давлением. — Посмотри мне в глаза, Макар. Сейчас же.

Я подчинился этому требованию, впервые за долгое время встретившись с ней взглядом без отстранённой маски. И увидел в глубине её зрачков целую вселенную эмоций — первобытный животный страх, слепую безудержную ярость, бездонное всепоглощающее отчаяние. И за всем этим мутным потоком — что-то ещё, глубже, сокровеннее, отчаяннее. То, от чего внутри моей груди впервые за много часов дёрнулась последняя живая струна.

Одним резким, почти яростным движением она стянула свою майку через голову и отбросила в угол комнаты. Высокая, идеальной формы грудь с маленькими, твёрдыми от возбуждения сосками выглядела вызывающе прекрасной даже в этом полумраке. Ни капли искусственности — только чистая, дикая красота, не утратившая совершенства даже после всего пережитого ада.

Каждый изгиб и линия её тела отливали тёплой бронзой в полутьме. Я видел, как под этой гладкой поверхностью перекатываются мышцы — напряжённые, готовые к мгновенному действию. Не мягкая женственность из журналов прошлого, а хищная, стальная мощь идеального бойца, просто облачённая в изящную, обманчиво-хрупкую оболочку.

Наши тела столкнулись как два скоростных поезда на встречных путях. Ни намёка на нежность или ласку — только отчаянная, болезненная потребность преодолеть разделяющее нас расстояние. Её колено решительно, почти грубо раздвинуло мои ноги, руки с нечеловеческой силой впились в плечи, оставляя синяки, которые проявятся позже. Мы оказались буквально лицом к лицу, настолько близко, что я чувствовал каждый её выдох на своих губах, видел мельчайшие морщинки в уголках глаз, расширенные до предела зрачки, в которых плескалось что-то первобытное и дикое.

С хирургической безжалостностью и точностью она избавила меня от остатков одежды — рывками, рванными движениями, не заботясь о комфорте или сохранности ткани. Молния джинсов треснула, не выдержав напора, ремень оказался отброшен в угол комнаты. Её собственные штаны и бельё полетели следом, оставляя нас в первозданном, звериной состоянии. Буквально через минуту не осталось ничего, кроме обнажённой кожи, прерывистого, тяжёлого дыхания и практически осязаемого напряжения, висящего в воздухе как грозовой заряд перед бурей.

Диана не стала тратить время на осторожные прикосновения. Она резко толкнула меня обратно на подушки и начала спускаться вниз по моему телу, оставляя на груди и животе цепочку укусов. Каждое прикосновение зубами к коже было выверено с идеальной точностью — ровно настолько, чтобы завтра увидеть следы, но не причинить настоящего вреда.

Опустившись ниже, она подняла взгляд, встретившись со мной глазами. В полумраке её зрачки казались огромными, поглотившими радужку. В них читался вызов, требование, отчаянная решимость.

Не разрывая зрительного контакта, она провела языком медленную линию снизу вверх, а затем обхватила член своими пухлыми губами. Мышцы непроизвольно напряглись, дыхание сбилось. Скорее от неожиданности, чем от удовольствия — контраст между горячим дыханием и прохладным воздухом комнаты создавал странное ощущение уязвимости.