Книга Жестокое сердце Тайги, страница 36 – Лина Коваль

— Ты подумала, что я голодный и приготовила мне ужин? — его широкие брови взмывают ввысь.

— Да.

— И ты меня ждала?

— Д-да. Очень…. - смотрю в темно-зеленые глаза и спрыгиваю на пол, забирая с собой Ови. — Мой руки, пожалуйста. Я пока накрою на стол, — воодушевленно командую и ухожу.

Порхаю по кухне с посудой и приборами и не сразу замечаю, что Загорский проигнорировал ванную комнату. Он снял пуховик и, привалившись к косяку плечом, задумчиво наблюдает за мной.

Я нервно поправляю волосы и улыбаюсь мысли в духе «какой же он красивый».

— Хочешь… стейк? — взволнованно показываю ему тарелку, как трофей.

— Хочу… чтобы ты стала моей женой.

— Стала твоей женой? — спрашиваю, громко опуская тарелку на стол и ртом забирая воздух в сжатые легкие.

— Да… Этого я и хочу.

Загорский отвечает ровно и уверенно.

Словно это правда единственное, что он хочет в этой жизни. Я облизываю пересохшие губы и осторожно интересуюсь:

— У тебя высокая температура?

— Выборочно. — отвечает, поморщивщись.

— Так бывает?

— В некоторых частях тела. Вернее — в одной.

— И в какой же? — мой пытливый ум накидывает кучу вариантов, пока я медленно рассматриваю черную водолазку, воротник которой облепляет сильную шею, и широкую грудь. Ниже смотреть боюсь.

— Скоро узнаешь, — Загорский обворожительно улыбается и хватает меня за руку.

Тащит в гостиную, пока я слабо сопротивляюсь.

________

Как вообще ему можно сопротивляться?

Он как вкусное пирожное в первый день диеты. Хрупкой безе, нежный сливочный крем, сочная ягодная прослойка… М-м-м…

________

— Яр… Стейк… — вдруг вспоминаю, глядя назад. Тарелка смотрится на столе одиноко. — Может, ты сначала поешь? Он же как резиновая подошва будет, когда остынет…

— Забей. — отвечает он легко и слишком пофигистично, для той, которая стояла у плиты. — Я не голодный, Сашка. Нас кормили в самолете, как на убой.

Чувствую легкое разочарование, но не хочу портить этот день. День, когда он вернулся с выезда со своим сумасшедшим предложением.

Жизнь с тетей и дядей научила меня тому, что мужчины многого из того, что делает женщина в быту, не ценят и воспринимают это как должное, даже если действительно ее любят. Они просто другие.

Я… привыкну.

Загорский падает на диван и устраивает меня сверху. Лицом к себе.

Ногами плотно обнимаю его мускулистые ноги, в точке соприкосновения наших бедер чувствую необычный прилив тепла, а дрожащие ладони опускаю на стальные плечи и как-то инстинктивно их сжимаю.

Смотрим друг на друга изучающе.

Пальцы Яра снова закручивают мои кудряшки у лица и вытягивают в линию.

________

Что-то с ним не так…

Каждый раз, когда я вижу Ярослава таким задумчивым, меня не покидает ощущение, что я даже на десять процентов не знаю, что творится в его черепной коробке.

Это пугает и привлекает одновременно. Один к одному.

________

— Зачем нам жениться? — тихо спрашиваю, поворачивая голову и ловя его руку щекой.

— А зачем люди женятся? — отвечает вопросом на вопрос и гладит ласково.

— Не знаю… — отвожу смущенный взгляд и смотрю на город, постепенно загорающийся вечерними огнями.

— Что бы было кому выносить мозг? — подсказывает с легкой ухмылкой.

— Тогда уж лучше и не начинать… — я дуюсь, поворачиваюсь к нему и легко отталкиваю. — Я не собираюсь выносить тебе мозг…