Книга Жестокое сердце Тайги, страница 74 – Лина Коваль

— Пожалуйста, верни мне мой кулон. — она выглядит непреклонной и смотрит на меня внимательно.

Гладковыбритое лицо, рубашку, пальто — все замечает.

— Не-а, — мотаю головой и демонстрирую ей кольцо на цепочке. — Верну только с ним.

— Оставь его себе, — складывает руки под грудью.

Мой голос трясется так, будто я и правда никчемный огузок.

— Зачем оно мне? — хриплю беспокойно.

— Подаришь кому-нибудь.

— Кому?

— Новой жене…

Ее глаза сверкают в неоновом свете, как драгоценные камни.

— У меня старая ещё не старая, — отвечаю, спрыгивая со стула.

Морщусь от резкой боли в колене и иду в наступление. Устоять против энергии моего напора она не сможет. Никогда не могла.

— Сашка, — обнимаю крепче, сдавливая узкую поясницу. — Поехали домой.

— «У нас»… нет дома.

— Есть.

— Нет. И хватит ко мне прижиматься! — нервничает.

— Конечно, есть. Мой дом — твой дом. Можешь выкрасить стены в желтый. Да хоть потолки. Даже подъезд. Я тебе слова не скажу….

— Отпусти! — ее губы начинают дрожать, а глаза наливаются слезами.

Она колеблется, поэтому я должен ее дожать.

Сейчас.

Иначе — мне пиздец.

Если Саша останется здесь и с ним, я вскроюсь.

Сафонов уже поглядывает на нас сверху.

— Просто уедем, малышка! — тяну ее за локоть на выход. — Дома все обсудим.

— Яр, я никуда с тобой не поеду. — она сопротивляется.

И может, у меня бы получилось ее уговорить, но мимо проходит несколько девчонок, одна из которых кажется смутно мне знакомой. Высокая, стройная блондинка с красными губами.

— О, привет! — она здоровается и равнодушным взглядом посматривает на Сашу. — Я Эсми.

— Сочувствую. — отвечаю хмуро и продолжаю смотреть на жену.

— Мы с тобой в Солнечногорске познакомились. Помнишь? Ты ещё с собакой был?

Вот же пиявка.

— Не помню.

Лицо Золотой вытягивается от шока, а глаза теперь горят огнем.

— В Солнечногорске? — переспрашивает она у Эсми, просверливая на моем лице дыру.

— Ну да. — та, дура, отвечает. — Завтракали вместе.

— Даже не за одним столом, — я нахуя-то оправдываюсь, как дебил, но Сашу уже несет.

И вроде хорошо это. Значит, неравнодушна она и ей не все равно, но в моменте прямо хреново. Потому что никуда она со мной сейчас не уйдет. И слушать меня не станет. Обиделась ещё больше.

— Может, потанцуем? — блондинка продолжает капать нам на нервы.

— Я не танцую.

— Жалко. Ну тогда пока! — она вздыхает и уходит, а я ковыляю за Сашей к лестнице, на которой ее уже ждет Артем.

— Все в порядке? — спрашивает он, склоняясь и обнимая длинными пальцами хрупкие плечи.

— У нее — да. А у тебя? — Меня взрывает.

До потемневших пятен в глазах и полнейшей раскоординации. Даже колено больше не чувствую. Только слепую ярость.

Скинув пальто, я сдвигаю Золотую в сторону и замахиваюсь посильнее…

Видеть только лишь одним глазом, как Саша причитает, обрабатывая мою помятую харю — херня собачья.

Хочу видеть ее двумя.

Вполсилы не канает.

Всю ее и сразу.

Как она стоит между моих широко расставленных ног, как крепко удерживает мой подбородок своими дрожащими пальцами, как тихо и беспомощно всхлипывает, а ее кудряшки пружинят у лица.

— Сильно больно?

— Вообще, ни капли, — стискивая зубы, с пофигизмом вру.

Она закатывает глаза и хлопает меня по ноге. Прямо по больному колену.

— Блядь… — задерживаю дыхание от искр в глазах.