Книга За него ответит она, страница 31 – Таша Эвер

Он трахал меня в полудрёме — лениво, глубоко, и это было одно из самых эротичных ощущений в моей жизни. Я чувствовала его внутри себя, слышала его дыхание, и мне казалось, что мы слились в одно целое. Я кончила беззвучно, сжимая его член внутри, и он кончил следом, уткнувшись в мои волосы. Мы так и заснули, не разъединяясь.

Утром, когда свет уже пробивался сквозь шторы, я проснулась первой. Я смотрела на моего Мишеля — такого красивого во сне, с расслабленным лицом, с лёгкой улыбкой на губах, — и чувствовала, как внутри снова разгорается желание. Я не хотела уходить. Я хотела остаться здесь, в этой постели, в этом доме, навсегда. Но я знала, что меня ждут. Андрей. Маша. Моя другая жизнь. Я начала целовать его грудь, живот, спускаясь ниже. Он проснулся, когда я уже взяла его в рот. Он застонал, положил руку на мой затылок, и я почувствовала, как его дыхание сбивается.

— Alexandrine... что ты делаешь? — прошептал он.

— Я хочу тебя, — прошептала я, не отрываясь от него. — Перед тем, как уехать. Ещё раз.

Я сосала его, пока он не стал твёрдым, а потом сама села на него сверху. Я двигалась на нём, глядя ему в глаза, и он держал меня за бёдра, помогая. Это было наше прощание — страстное, глубокое, с криком и дрожью. Я чувствовала, как его член входит в меня, как он наполняет меня собой. Он кончил в меня снова, и я кончила следом, упав ему на грудь, чувствуя, как его руки обнимают меня, как он целует меня в макушку. Потом я встала, приняла душ, оделась. Он стоял в дверях ванной, всё ещё голый, и смотрел на меня. В его взгляде было что-то грустное, что-то, что я не могла объяснить.

— Когда я увижу тебя снова? — спросил он.

— Скоро, — сказала я, чувствуя, как внутри меня всё сжимается. — Очень скоро. Обещаю.

Я поцеловала его в губы — долго, нежно — и вышла из квартиры. Всю дорогу домой я чувствовала его внутри. Я чувствовала его запах на своей коже, его пальцы на своей талии, его дыхание на своей шее. Я сжимала руль, смотрела на дорогу и знала: я возвращаюсь к мужу, но моё тело — уже не моё. Оно принадлежит ему. Я думала о том, как буду смотреть в глаза Андрею, как буду целовать Машу, как буду делать вид, что ничего не произошло. И я не знала, как с этим жить. Но я знала, что вернусь к Мишелю снова. Потому что я уже не могла без него. И это было страшнее всего.

Я проснулась от того, что Андрей целовал моё плечо. За окном моросил воскресный дождь — тот самый, уютный, который обещает долгий день дома. Я лежала, свернувшись калачиком на своей половине кровати, и чувствовала его губы на моей коже, его руку, которая скользила по моей спине. Я чувствовала, как он придвигается ближе, как его дыхание становится глубже, как он стягивает с меня одеяло, приспускает бретельку ночной рубашки и начинает трогать мою грудь. Я слышала его дыхание, такое знакомое, такое родное, и в этом дыхании была привычная нежность, которая раньше согревала меня. Но сейчас я чувствовала только пустоту. Я чувствовала, как его рука скользит по моему телу — медленно, привычно, с той же уверенностью, с которой он делал это тысячу раз, и я ненавидела себя за то, что не чувствую ничего, кроме пустоты. Его пальцы касались моей груди, гладили, сжимали, и я понимала, что должна откликнуться, должна ответить на его ласку, но моё тело молчало. Оно было как выключенный свет. Я не сопротивлялась. Я вообще ничего не делала — не отталкивала, не притягивала, не стонала. Просто лежала, как кукла, пока он раздвигал мои ноги и ласкал меня. Его пальцы скользили у меня между ног, но я не чувствовала возбуждения. Только прикосновения. Только кожу. Без отклика. Я знала, что он ждёт моего дыхания, моего движения, моего стона, но я не могла дать ему этого. Потому что моё тело уже не принадлежало мне. Оно было там, в другой постели, в другой квартире, у другого мужчины. Я закрыла глаза и видела перед собой его лицо — Мишеля. Его глаза, его улыбку, его руки, которые заставляли меня гореть. Я думала о том, как он касался меня в прошлую ночь, как его язык скользил по моей коже, как он шептал моё имя. И я понимала, что Андрей — просто человек, который лежит рядом. А Мишель — тот, кто живёт внутри меня.