Книга Второй шанс для разгильдяя, страница 3 – Наталья Юрай

— Отлично! Давай так, пусть твоя креативная подгребает завтра к двенадцати: у нас вакансия открылась внезапная, декретная. Нужен человек на пару лет без матримониальных планов.

— Насчет матримониальных не уверена, но она придет, я прослежу!

Кажется, что судьба улыбается мне во все свои тридцать два зуба. Или сколько там их у нее? Набираю в мессенджере воодушевляющее послание любимой подруге и жму на стрелочку. Но вместо Маерс звонит сам Роман Николаевич Степанов, Алешин брат, мой бывший начальник.

— Кира, есть пять минут?

— Да.

— Слушай, тут такое дело, — Роман явно подбирает слова. — Родители хотят собрать семью у себя.

— Так, и?

— И ты не могла бы уговорить Лёшку прийти?

— Для начала давай выясним, что именно они вкладывают в понятие «семья»?

Степанов средний похрипывает в трубку. Ясно.

— Лёша без меня не пойдёт. Я-то не против, но он ведь упрямый, ты знаешь.

— Знаю. Это семейное.

— Вот именно! Как идёт реорганизация «Нордики»?

— Буксует. Кира, перестань это делать! Твоя манера переводить стрелки всеми давно уже хорошо изучена! Ты поможешь?

Я вспоминаю единственную встречу с Лёшиной матерью. Тогда она приняла меня за девушку легкого поведения только потому, что её сын позволил мне, изрядно выпившей, переночевать в своей спальне. Желания помогать этой даме у меня не было, но ведь дело в Алёше.

— Семейные посиделки намечены, естественно, на тридцать первое декабря до самых что ни на есть курантов? Я правильно понимаю?

— Абсолютно! Более того, первого января они тоже хотят наслаждаться общением с нами.

— Это тяжелый удар по моему самолюбию, конечно, но я помогу, Ром.

— Спасибо! – тепло отвечает брат любимого.

Ух, теперь мне предстоит дело куда интереснее, чем рекламирование ректальных свечей!

* * *

— Нет!

— Лёш, ну Новый год ведь! Неужели ты не соскучился по маме с папой? Они, может, так прощения хотят попросить.

— Нет! Иринка звала нас за город? Вот и поедем на какую-нибудь базу, снимем домик.

— Домики!

— Домики снимем, Янку твою позовём, Толика.

— И моя сестра будет куковать в одиночестве, слушая наши стоны?

— А ты будешь стонать? Точно? Ты уверена? — Лёшка обнимает меня со спины и целует в шею. — Это так заводит, сладкая!

Я чувствую, как горячая волна расползается от его губ по всему моему телу.

— С-сейчас Иринка вернется!

— А мы быстро! — меня проталкивают в комнату и задирают подол велюрового домашнего халатика.

— Только резинку надень!

Голова Леши утыкается мне в плечо.

— Они кончились, забыл купить! Я успею, Кир! Сладкая, ну же…

— Лёша! Я до сих пор не забыла свое состояние, когда мне сказали, что я не беременна. Больше не хочу такое переживать! Допью курс витаминов, сдам анализы последние, и вот тогда и…

— Ладно, понял, не распинайся! — в голосе моего мужчины прорывается тон того разгильдяя, что делал мне больно. — Яйца ломит! Я в душ.

Стою, слушаю, как льётся вода в ванной, знаю, что там сейчас происходит — довелось видеть однажды.

В свое время Ирка поведала Алексею, что я пережила в юности, как надо мною гадко поиздевался тогдашний мой парень, и почему хохотушка Кира Жулкина не захотела жить. Нужно отдать должное Лёше – он не спрашивал о той давнишней истории и с пониманием относился к некоторым запретам в постели: перешагнуть через отвращение и внутренний стопор я так и не смогла. И вот сейчас молодой здоровый мужик пытается получить разрядку, а я, молодая аппетитная женщина, влюблённая до умопомрачения, стою под дверью и кусаю губы от досады на себя, на ситуацию и на грёбанное прошлое.