Книга Шпора на сердце, страница 32 – Лисавета Челищева

На его лице застыло мрачное удивление. Он потёр нос и вдруг осклабился — улыбка от уха до уха, от которой у меня побежали мурашки по коже.

Я смотрела на него, визуально передавая сообщение о том, что я не та, с кем можно играть.

Кто его натравил? Алиса? Римма?

Я пошла на следующую пару, гордо подняв голову, но внутренне дрожа от страха. Хотя мне было любопытно, о чём он говорил, было лучше не связываться с ним и его безумными выходками.

Остаток учебного дня тянулся вечность. Когда прозвенел звонок на последнюю пару, я выскочила из-за стола и быстро пошла по коридору. Затем я вспомнила, что учёба для меня ещё не закончилась. Мне всё ещё нужно было посетить эти дурацкие дополнительные занятия по подготовке к конференции.

Я выудила из сумки конспекты по математике и направилась в кабинет Даниила Викторовича — тот самый, который теперь вызывал у меня лишь панические воспоминания.

Мои руки вспотели холодом, когда я поворачивала дверную ручку. Он сидел на своём стуле, снова запустив пальцы в волосы, а его очки сидели низко на носу. Он проверял какие-то работы, издавая тихие звуки, когда находил в них мелкие ошибки.

Затем он снял очки и положил их на стол, откинувшись на спинку стула. На мгновение он закрыл глаза и посмотрел на свои наручные часы, а затем его взгляд устремился прямо на меня.

Я стояла на месте, а затем зашла в аудиторию. Толкнула дверь за собой и закрыла её, не сводя с него глаз.

Он выглядел уставшим, и мне захотелось помочь ему расслабиться. Я положила конспекты на его стол и села напротив него. Тишина — это то, с чем я могу справиться, но когда дело касается слов, я превращаюсь в полный хаос.

Он провёл рукой по волосам, полностью растрепав их, но, тем не менее, это выглядело на нём чертовски сексуально. В нём почти всё выглядит сексуально, и ему даже не нужно прилагать к этому никаких усилий.

Через несколько мгновений я поняла, что, кроме меня, в кабинете никого нет. Я посмотрела на дверь и не заметила никого, кто бы стоял и подглядывал.

— Я отменил сегодняшний факультатив.

Он сказал это небрежно, и мои нервы натянулись как струна на затылке.

— Я не получала никаких сообщений об этом.

Я посмотрела ему прямо в глаза. Он даже не взглянул на меня, будто это его совсем не волновало это.

Я собрала вещи и встала, собираясь уйти.

— Сядьте, Мещерская.

Урок 13.

Урок 13.

Прошлое не умирает; оно сбегает из психушки, чтобы вновь лично навестить тебя.

— Почему вы не сообщили мне, что отменили сегодняшние дополнительные занятия? У нас осталось всего два дня на подготовку к конференции, и если мы хотим победить, то нам крайне необходимы эти дополнительные семинары.

Несмотря на его приказ сесть смирно, я осталась стоять на месте. Я была так зла на него, что забыла, что, несмотря на всё, что произошло за последние несколько дней, он всё ещё уважаемый преподаватель этого университета, а я всего лишь студентка.

— Вам бы лучше добавить немного уважения, когда вы разговариваете со мной. Я вам не друг, Мещерская.

Он встал, его глаза пронзали мою душу. По отношению ко мне у него всегда было только одно настроение — злоба. Он злится всё время. На меня или на себя — этот вопрос всё ещё остаётся открытым. Эта постоянная борьба между тем, называть меня Александрой или Мещерской, выводит меня из себя.