Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 29 – Ксения Соболева

— Я понимаю, — сказала Татьяна.

— Что?

— Как он это сделал.

— Мам, не начинай опять.

— Я не начинаю. Просто понимаю.

Дарья тихо сказала:

— Я люблю вас обоих.

— Я знаю.

— И не хочу выбирать.

— Пока никто тебя не заставляет.

— Но заставите.

Татьяна помолчала.

— Возможно. Не знаю. Но я постараюсь не делать этого специально.

— Спасибо.

— Только одно, Даша.

— Что?

— Больше не передавай мне его объяснения. Если он хочет что-то сказать мне — у него есть мой номер и пока ещё ключ от этого дома.

Дарья долго молчала, затем тихо ответила:

— Хорошо.

— И я не буду просить тебя рассказывать мне о нём.

— Хорошо.

Они обе понимали, что разговор не закончен, но продолжать было уже невозможно. Татьяна спросила о самочувствии, Дарья автоматически пожаловалась, что ребёнок весь день толкается под рёбра, потом обе замолчали на этой попытке вернуться к обычной жизни. Перед тем как отключиться, дочь тихо произнесла:

— Мам, мне правда жаль.

— Мне тоже, Даша.

Связь оборвалась. Татьяна ещё несколько секунд держала телефон возле уха, слушая пустоту, а потом опустила руку.

За дверью кабинета было тихо. Она открыла её и вернулась на кухню. Вадим уже поел, тарелку поставил в раковину, но не помыл, крышку кастрюли вернул на место, хлеб так и оставил открытым. Самого его не было. Сверху доносился шум воды — видимо, принимал душ.

Татьяна закрыла пакет хлеба.

Потом остановилась и рассмеялась. Тихо, почти беззвучно, потому что сама ситуация показалась вдруг совершенно безумной. Муж объявил о разводе, дочь не знает, кому верить, любовница участвует в рекламной кампании, а Татьяна стоит на кухне и закрывает за Вадимом хлеб, чтобы тот не засох к утру.

Она снова открыла пакет и оставила как есть.

Папка лежала там же, только Вадим передвинул её обратно к месту Татьяны. Наверное, чтобы на документы случайно не попало пятно от супа. Заботливый человек.

Татьяна села.

До этого момента она боялась читать. Теперь страх исчез. Разговор с Дарьей сделал что-то важное: боль никуда не ушла, но к ней прибавилось другое чувство, знакомое Татьяне гораздо лучше. Когда человек много лет работает с чужими цифрами, он постепенно перестаёт обижаться на несоответствия и начинает ими интересоваться. Если две таблицы не сходятся, одна из них не обязательно врёт — иногда данные внесены в разное время, иногда изменился способ подсчёта, иногда кто-то просто ошибся. Но если расхождения слишком удобно складываются в пользу одного человека, случайностью они быть перестают.

Татьяна открыла папку с первой страницы.

На этот раз она не читала текст как жена, которой предлагают уйти из собственного дома. Она читала его медленно, возвращаясь к каждой формулировке. Предлагаемая квартира действительно существовала — адрес был указан полностью. Татьяна открыла телефон, нашла дом на карте. Новый жилой комплекс, шестой этаж, семьдесят один квадратный метр. Вадим говорил о «хорошей двушке», но квартира оказалась зарегистрирована на компанию, название которой Татьяна не знала. Возможно, застройщик, возможно, посредник. Она записала название на чистом листе, лежавшем рядом.

Дальше шли выплаты. Сумма на первый взгляд выглядела крупной. Десять лет. Каждый месяц. При определённых обстоятельствах выплаты могли быть прекращены раньше, но формулировку Татьяна пока не поняла до конца и обвела карандашом. Потом следовал автомобиль, личные вещи, украшения. Читая перечисление, она неожиданно вспомнила, как когда-то составляла описи для аудита: стол, четыре кресла, три компьютера, оборудование. Человеческая жизнь тоже неплохо укладывалась в перечень, если тому, кто составляет документ, не требовалось помнить, кто именно сидел на этих креслах.