Книга Хозяин Деревни, страница 43 – Рина Беж

Боится еще маленькая. Слава богу, не меня. Прошлое, ссука, ее держит. Вот и ходит моя девочка по дому, оглядывается.

И ведь несколько раз повторял, что чужих нет. Не может она иначе. Ну, ничего, сегодня опездолы получат своё. А время залечит ее раны. Я тоже постараюсь.

— Как тебе ёлка, Эль, годится? — интересуюсь, замечая, что снегурка опустошила чашку и теперь просто вертит ее в руках.

— Да, красивая. И запах такой волшебный, — жмурится, склоняя голову к плечу. — Сразу в сказку верить хочется. В деда Мороза. В чудо.

— Знаешь, — хмыкаю, опускаясь на подлокотник дивана, — а я уже верю.

— Во что?

Распахивает свои невозможные глаза и подается вперед.

— В существование снегурочки. Когда тебя впервые увидел, сразу в мыслях так назвал.

— Правда?

— Правда.

— А я тебя волшебником, — признается тихо.

— Добрым или злым? — подшучиваю.

Тащусь от того, как розовеют ее щеки. Вот и сейчас сидит в кресле, ножки поджала, свитер на пальчики натянула, обняла себя.

Не замерзла, нет. Просто вот такая она, как котенок. Свернулась в клубочек и урчит тихонько, действуя на меня как успокоительное и возбудительное одновременно.

— Добрым, конечно.

— Почему?

— Ты злых монстров, которые меня обижали, прогонял… с первого дня… точнее, ночи. И сейчас прогоняешь. Спасибо, тебе.

«Спасибо, тебе» — это совершенно не «Я люблю тебя, Альберт».

Совершенно.

Но сердце в груди ускоряется и по венам тепло вместе с эндорфинами запускает.

Киваю и протягиваю ей руку ладонью вверх.

— Пойдем, займемся украшением твоей елки.

— Моей? — транслирует удивление напополам с радостью.

Но сама не мешкает, опускает ноги на пол и, освободив от свитера пальчики, ко мне тянет. Помощь принимает без вопросов, не отгораживаясь и не упираясь в самостоятельность.

— Конечно, твоей. Ты ж у нас снегурка.

Не спорит. Улыбается. И коробки с шарами и прочей новогодней лабудой, которых Семен пять штук приволок, с таким возбуждением и восторгом распаковывает, будто там несметные сокровища лежат. Не меньше.

И ведь не притворяется. Ей реально это по кайфу. А мне хорошо, потому что хорошо ей.

Вот так и поверишь в чудеса под новый год.

— Ты будешь мне помогать? — оборачивается Эля, запрокидывая голову вверх.

— А ты хочешь?

Приподнимаю бровь.

Снова краснеет, но кивает уверенно.

— Хочу. Одна вряд ли справлюсь.

— Тогда помогу.

— И я готов поучаствовать. Только говорите, что и как, — вклинивается в разговор Влад, входя в гостиную.

Оборачиваюсь к нему, взглядом уточняя, как дела. Получаю еле заметный кивок и смотрю на часы, засекая время.

Отлично. Отсчет пошел. Скоро расписанные под хохлому утырки получат свободу. Главное, чтобы не захлебнулись на радостях.

Следующий час работаем в шесть рук. Слаженно, порой даже веселясь.

А я нахожу в характере Эли новые черты. Она не любит «тяп-ляп» и «так сойдет». Перфекционистка, оказывается. И неплохой руководитель. По крайней мере нас с Томилиным живо организовывает, давая задачи, с которыми сама бы имела сложности.

И эти черты мне в ней нравятся. Не чокнутая феминистка, рвущаяся в бой, а реально оценивающая свои возможности девушка.

— Устала? Может, отдохнешь? — интересуюсь у снегурки, когда Влад с третьей попытки умудряется надеть звезду на макушку ровно.

— А можно я здесь? — уточняет робко, кивая в сторону дивана. — Не хочу быть одна в комнате. Там уютно, но не празднично. А здесь можно верхний свет потушить и оставить только иллюминацию… если ты не против.