Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 207 – Анна Варшевская

— Я собирался тебе сказать, — качает он головой после паузы.

— Да? — у меня вырывается короткий смешок. — Когда, интересно мне знать?!

Феликс стискивает челюсти, потирает ладонью шею, но тут же снова смотрит на меня.

— Аврора, сейчас не время для такого разговора.

— Вот как? — я делаю шаг к нему. — А для какого разговора сейчас время? Для твоих объяснений? Для твоего вранья про то, что это всё ради моей безопасности?

— Это действительно было ради твоей безопасности, — сухо отвечает он.

Меня словно обдаёт ледяной водой.

Не потому, что я не ожидала этих слов. Как раз ожидала. Наверное, именно их и ждала. Но одно дело — ждать, а другое — услышать вот так. Здесь. В больничном коридоре. Когда за дверью сидит моя сестра с разбитой бровью и подозрением на сотрясение.

— Аня сказала мне, — произношу я тихо. — Всё сказала.

— Что именно? — Феликс кидает взгляд на дверь палаты.

— Что ей запрещали звонить мне. Что её держали под охраной. Что ты приказал не говорить мне, что она в Москве. Что вы с Русланом обсуждали, как сделать из неё приманку.

На последнем слове выражение лица у него меняется.

— Она сама сбежала, — цедит он.

— Но это вы сделали, чтобы она сбежала! Ты использовал её!

Несколько человек в коридоре оборачиваются. Но мне плевать. Зато Феликс замечает, делает шаг ближе и понижает голос.

— Тише.

Очень простое слово. Почти просьба. Но звучит оно как приказ.

— Не смей, — поднимаю на него глаза. — Не смей сейчас мной командовать!

Он останавливается.

— Я не командую…

— Командуешь. Всегда. Просто иногда называешь это заботой!

Феликс молчит. Я вижу, что он злится. И сдерживается. И, наверное, сам считает это большим достижением. Раньше я бы испугалась этого выражения лица. Сейчас не пугаюсь. Во мне для страха уже не осталось места. Там всё занято болью.

— Я спрашивала тебя про Аню, — говорю и сама чувствую, как начинает дрожать у меня голос. — Помнишь? Я спрашивала, почему она не звонит. Я говорила, что волнуюсь. А ты стоял за моей спиной, гладил меня по плечам и врал.

Он резко выдыхает.

— Я не хотел, чтобы ты переживала зря.

— Потому что я идиотка и не способна нормально реагировать?!

— Потому что речь о твоей сестре! — теперь уже у него срывается голос. — И да, Аврора, когда речь идёт о ней, ты не можешь рассуждать спокойно!

— Она моя сестра!

— Именно поэтому я не мог рисковать тобой.

— Зато ею мог?

Феликс на секунду закрывает глаза.

— Я просчитал ситуацию, — говорит глухо. — За Аней следили. Она рвалась к тебе. Сафонов ждал момента. Я решил, что лучше выбрать этот момент самим, чем потом вытаскивать её неизвестно откуда.

— Лучше выбрать момент самим, — повторяю я медленно. — Как удобно звучит.

— Аврора…

— А ты вообще собирался мне говорить? — спрашиваю тихо.

— Я собирался сказать тебе, когда всё закончится.

— Конечно, — шепчу, запуская пальцы в волосы. — Ты всегда собираешься сказать, когда всё закончится. Поставить меня перед фактом. Когда я уже ничего не могу изменить. И должна только быть тебе благодарна!

— Ты несправедлива, — он резко качает головой.

— Несправедлива?! — я практически задыхаюсь. — Моя сестра сидит там с разбитым лицом, потому что ты решил, что имеешь право сделать из неё наживку! А я узнаю об этом от неё, в больнице, потому что ты опять не рассказал мне правду. И ты говоришь про несправедливость?!