Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 94 – Анна Варшевская

— Всё в порядке?

— Да, — кинув на него недоумевающий взгляд, киваю. — Свой рабочий договор я тоже подпишу в ближайшее время, отдам вам. И да, я сделала…

— Я не об этом, — перебивает меня Феликс. — Не устала?

С трудом ловлю готовую упасть на пол челюсть. С чего вдруг такая забота?!

— Нет, — отвечаю корректно. — Но я хотела бы уточнить насчёт обеденного перерыва…

— Пообедаешь со мной? — спрашивает вдруг мужчина.

— Я уже договорилась пообедать с Евой, секретарём Марка Давидовича, — говорю холодно. — Я могу уйти на полчаса в середине дня?

Феликс явно недоволен, но кивает.

— Да, можешь.

— Хорошо, — киваю, не благодаря. — Я могу идти?

— Иди, — он раздражённо показывает на выход, углубляясь в документы, которые я ему отдала.

С облегчением закрываю за собой дверь кабинета. Но стоит мне подойти к столу, как в приёмную заходит… чёрт подери! Никита!

Какого хрена?! Почему эти мужики не понимают слово «нет»?!

И ведь узнал, где я теперь работаю! Или слухи уже по всей компании разнеслись? Хотя… если бы он услышал, что я теперь любовница главы — наверняка же именно этим объясняют моё внезапное назначение — то вряд ли бы пришёл.

Или он вообще по делу?

— Добрый день, — здороваюсь нейтрально, решив строить из себя дуру — или идеального секретаря, что, впрочем, часто одно и то же. — Чем я могу помочь?

— Аврор, что за ерунда? — хмурится Никита. — Написала какое-то безумное сообщение…

— Ничего безумного в сообщении не было, — говорю, тщательно контролируя голос, чтобы звучать потише. — Я написала, что не буду с тобой встречаться. Что в этом тебе непонятно?

Он уже было открывает рот, но сказать ничего не успевает — дверь в кабинет открывается.

Вышедший Феликс, естественно, сразу видит всю картину. Смотрит на Никиту. Потом переводит взгляд на меня, и мне становится не по себе.

— Что происходит? — спрашивает таким голосом, что на ум приходит мелодия из похоронного марша.

Никита, надо отдать ему должное, не особо пугается. Но и выглядит не слишком уверенно.

— Простите, — говорит наконец. — Ничего особенного. Я уже ухожу.

Смотрит на меня ещё секунду, как будто хочет что-то сказать. Очень хочется мысленно заорать на него, чтобы просто шёл к чёрту и не усугублял. К счастью, у него всё-таки хватает инстинкта самосохранения.

— Ладно, — бросает он коротко уже мне, и теперь в его тоне слышно презрение.

Заставляю себя не думать об этом. Остаюсь стоять на месте, наблюдая, как мужчина уходит. И чувствую на себе взгляд Феликса.

— В мой кабинет, — чеканит он.

Закатив глаза, иду следом за мужчиной.

— И что это было? — спрашивает он тяжело, зайдя за свой стол, подальше от меня.

На секунду думаю, не сделал ли он это специально, чтобы я не пугалась? Да нет, сомнительная забота — от него.

— Ничего, Феликс Эдмундович, — отвечаю со всей возможной вежливостью. — Если вы о только что завершившейся сцене, то я, к сожалению, не отвечаю за чужую неспособность понимать русский язык с первого раза.

— Я задал тебе вопрос, — уголок его рта дёргается.

— Я на него ответила.

— Нет, — качает головой мужчина. — И не надо со мной шутить!

— Вы мне льстите. Для шутки тут слишком мало смешного.

Феликс смотрит на меня ещё несколько секунд. Потом чуть подаётся вперёд, упираясь ладонями в край стола.