Книга Зайкина, вам надо срочно родить!, страница 14 – Лёля Зайкина

В отличие от босса выдает не вымученный оскал, а вполне приличную улыбку.

— Меня зовут Алёна Александровна, и я пишу диссертацию о влиянии на женский организм микроэлементов, витаминов.

Не поняла…

Это принудительная лекция? Или нас здесь согнали как подопытных кроликов?

Я конечно Зайкина, у меня фамилия вполне подходит, но становиться предметом экспериментов я не хочу.

— Я очень прошу вас сдать анализы, пройти полное обследование. Всё это будет абсолютно бесплатно, за счет фирмы, и вы сможете узнать намного больше о состоянии детородной функции вашего организма, чем если бы пришли на прием к гинекологу, — продолжает Алёна Александровна.

Становится понятно, почему в зале нет ни будущих, ни настоящих мам, а также женщин преклонного возраста. У одних, интересующая Алёну Александровну функция и без того работает, у других уже, видимо, угасает и не представляет интереса для исследования.

— Все результаты вы сможете получить на руки и использовать по своему усмотрению. Поверьте, такого обследования вам ещё ни разу не предлагали.

— Ну, да. Ну, да. Прыгай, Зайкина, радуйся, тебя назначили кроликом, — бурчу себе под нос.

Интересно? С этого аттракциона невиданной щедрости можно соскочить?

— Завтра будет составлен список, кто и когда пройдёт обследование, вас уведомят индивидуально. Можете быть свободны, — произносит босс, прекращая описание плюсов данного мероприятия.

Видимо, отказаться можно только в отделе кадров, написав заявление по собственному желанию. Но не на обследование, а на увольнение.

Может, я реагирую слишком остро. Но не люблю, когда меня ставят перед фактом. К тому же на работе никто не знает о моей особенности. Гинеколог, от которой я приношу справки, пишет просто “здорова”, не вдаваясь в подробности, что привычный осмотр в моем случае не возможен и заключение сделано на основе УЗИ.

Тут же, в рамках столь щедрого предложения на кресло точно позовут. А мне туда рановато. Только после свадьбы можно будет, а она теперь откладывается на неопределённый срок. Афишировать свой статус старой девы в офисе я не планировала.

Хочется верить, что хотя бы, раз уж нас ставят перед фактом, то тайну личной жизни сохранят.

Или, если мы используемся для науки, наша личная жизнь становится автоматически общественной?

— Как здорово! Получается мы послужим науке! — восхищается кто-то, возможно, конечно, не искренне, а чтобы продемонстрировать своё “счастье” перед боссом.

— После такого обследования можно и детей планировать, надо котику намекнуть, что пора делать мне предложение.

Так, надо срочно найти плюс и для себя. Я же оптимистка, чего я расстраиваюсь? Будем считать, что наш офис пройдет проверку на тайну личной информации.

У них свой эксперимент, у меня свой. Хоть выводы какие сделаю, раз уж отказаться не предлагают.

Думаю, из людей привыкших к руководству, никто не получает удовольствия, когда приходится соглашаться с чьими-то требованиями, прогибаться.

Но Алёна права, мне остаётся либо признать, что детей у меня не будет, принять этот факт и жить дальше, либо все-таки постараться, что-то изменить. Её теория о влиянии минеральных веществ на детородную функцию звучит для меня нелепо, но не исключено, что она работает. Я не научный сотрудник, не исследователь. Откуда мне знать, работает это или нет? Могу только проверить опытным путём. На себе. Или же не проверять.