Книга Брат подруги. Назови меня своей, страница 87 – Мария Абдулова

— Я сейчас не буду спешить с выводами и сотрясать воздух. Ты знаешь, что я всегда рядом и на твоей стороне, а я знаю… - отстраняется, чтобы взглянуть на наручные часы. - А я знаю, что уже опаздываю!

На этом разговор заканчивается, но невысказанные подозрения и признания повисают в воздухе. Причём не только между мной и мамой, но между мной и Тамерланом. И вроде бы потом мы снова всё обговариваем, он в очередной раз извиняется за свой срыв в прихожей и уверяет об отсутствии намерений в женитьбе на ком бы то ни было, я изо всех сил стараюсь поверить и сделать вид, что меня это не задевает, и в целом всё возвращается на круги своя. Мы опять днём и ночью вместе, я, как и раньше, таю рядом с ним, люблю, как ненормальная, льну ласковой ручной кошкой, не в силах поступить иначе, но…

Да, без этого чёртового пресловутого “но” не обходится.

Оно преследует меня круглыми сутками сомнениями, переживаниями и беспокойством. Я бегу от него что есть мочи. Зарываюсь в статьях, конспектах, учебниках, готовясь к экзаменам и защите дипломе. Прячусь на практике, прикладывая все силы, чтобы зарекомендовать себя, как грамотного будущего профессионала, достойного после выпуска войти в основной штат команды, и вроде бы даже получается. Сдаю на права. Забываюсь в тайне ото всех в объятиях Тамерлана, который в отличие от меня, после той ссоры, действительно, оставляет её в прошлом и идёт дальше. Вот только результат если и есть, то кратковременный. Рано или поздно “но” меня догоняет и приводит с собой “а что дальше?”, заставляя задуматься о том, о чём раньше не думала.

Сколько мне ещё отведено с ним рядом? У “нас”, вообще, есть хотя бы маломальский шанс на будущее?

Я для него имею такое же значение, какое он имеет для меня? Тамерлан же тогда, когда я призналась, ничего не сказал в ответ. После тоже. Я и раньше, конечно, осознавала, что любила и люблю за двоих, меня это даже устраивало, главное, быть рядом, быть “его”, а теперь… Теперь мне мало.

Осознаю это особенно чётко в свой выпускной.

В руках красный, честно заработанный диплом, и букет цветов, подаренный счастливой и гордой мамой. Вокруг радость, смех, шум, праздничная суета. Неподалёку Злата придирчиво вчитывается в текст диплома, тоже красного, на предмет наличия возможных ошибок, рядом Каролинка обмахивается своими синими корочками, шутя с нашими родителями о том, что будет использовать их, как подставку под кружку с утренним кофе, хоть какая-то польза. То тут, то там другие однокурсники со своими родными, а напротив… Напротив Баграевы. В полном сборе поздравляют Алану с окончанием учёбы, купая её в любви, поздравлениях и цветах. И я не завидую количеству подаренных букетов или числу людей, пришедших её поздравить, нет. Я завидую, что ей не нужно прятаться, звать Тамерлана по имени-отчеству и делать вид, что совсем не хочется повиснуть у него на шее с радостным криком:

— Я смогла, любимый! Я смогла! Мне было так тяжело, но у меня получилось! Гордись мной!

Вместо этого отворачиваюсь и смотрю на нарядную мамулю, улыбающуюся так ярко, что даже июльское солнце в зените позавидует.

— Не подойдёшь? - она кивает в сторону Баграевых и я молча отрицательно качаю головой.

Не подойду.

Не из-за Тамерлана даже, а из-за опасений, что Аланка вряд ли будет этому рада.