Книга Не шути со мной, Рыжая, страница 104 – Мария Абдулова

45

Аня в тысячный раз за день покосилась в сторону телефона и, разозлившись на саму себя, кинула его в сумку и застегнула молнию. Подальше от глаз, иначе так и с ума сойти недолго. Она и так на любой звук телефонного звонка вздрагивала, тянулась за своим смартфоном, но потом вспоминала, что сама же его выключила, чтобы не нарушить правило тишины на съёмочной площадке, и раздражалась ещё сильнее.

И ведь вроде всё уже для себя решила. Во время работы никаких мыслей о личной жизни и о том, как эта самая личная жизнь в лице Лебедева, её расстроила. Никаких переживаний по этому поводу и лишних эмоций. В конце концов, не её первую и не её последнюю динамит мужчина. Подумаешь, не предупредил, что не приедет и ждать его не стоит! Подумаешь, она для него не относится к той категории близких людей, которым хотя бы смс пишут о том, что возвращение откладывается на неопределённый срок! Подумаешь, какое огорчение! Решила же! А всё равно не могла об этом не думать.

Конечно, Дима не обязан отчитываться перед ней о каждом своём шаге. В конце концов, они знакомы всего ничего, а статус их отношений до сих пор неизвестен, но… Но ведь предупредить можно же было!

«Нюся, не жди. Не приеду». Что такого сложного написать пару слов?

Девушка вздохнула и поправила шарф на шее. Съёмки клипа проходили в прохладном павильоне, поэтому приходилось работать в тёплой одежде, чтобы не простудиться, и пить горячий чай. Она вообще с того самого вечера пятницы, кажется, только им и питалась. На площадке помимо чая и кофе были бутерброды с колбасой различного вида, а дома в холодильнике – тот самый праздничный ужин, приготовленный для Лебедева. Ни того, ни другого Ане не хотелось. Она даже раздумывала увезти домашние вкусности Юле, чтобы не переводить продукты зря и не оставлять их портиться в холодильнике. Но тут в голове появлялась навязчивая мысль «а вдруг он приедет?» и та идея не казалась такой уж хорошей.

— Сказал же, выключить всем телефоны! Что тут не понятного?! – прокатился эхом голос разозлённого режиссёра по съёмочной площадке, когда чей-то звонок снова испортил очередной дубль. – Вы русского языка не понимаете? Мне на китайском что ли объяснять?! Никаких, чёрт возьми, телефонов!

— Сева сегодня в ударе.

Лебедева обернулась и увидела перед собой Владислава – фронтмена*, вокалиста и основателя рок-группы, на съёмках клипа которой они и находились уже вторые сутки подряд.

— Мне кажется, он просто хочет, чтобы кадры получились идеальными, - Аня улыбнулась и пододвинулась, уступая мужчине место на лавочке, на которой сидела.

— Да смерти он нашей хочет, - хмыкнул Влад и сел рядом с девушкой. – И то ему не так, и это.

— Сева просто беспокоится, что мы не успеем закончить съёмку перед вашим отлётом на гастроли.

Рокер поморщился и запустил пятерню в волосы, отбрасывая светлые пряди на затылок.

— Стар я уже для гастролей.

— Вы себе льстите, Влад, - хмыкнула Аня. – По моему мнению, вы в прекрасной форме.

— Правда? – оживился мужчина.

Девушка кивнула. Владислав выглядел прекрасно, даже несмотря на усталость из-за непрекращающихся съёмок и не совсем удобные условия, в которых они проходили. Он будто совсем недавно проснулся и был, как частенько выражался дедушка, огурчиком. Высокий стройный блондин с выразительными голубыми глазами и обворожительной улыбкой с невероятным голосом, купающийся во всенародной любви и обожании. Разве про такого мужчину можно сказать, что он находится в плохой форме?