Книга Юлька в поисках любви, страница 16 – Мари Соль

— Мы заняты были, — не глядя на мать, цедит Пашка.

— Ой, да чем это? — изрекает, подпрыгнув на стуле, — Ааа! Небось, опять под гитару мяучил?

— Мам, — он начинает качаться на стуле. Кажется, вот-вот, и сорвётся. Но выдыхает, берёт себя в руки.

Я тоже дышу еле слышно. Какой-то немыслимый сюр!

— Лучше бы в киношку сводил девочку! А то дома закроется и давай на гитаре брынчать!

— У него хорошо получается, — машинально бросаю. И успеваю сто раз пожалеть.

Взгляд её перемещается на меня. Словно медведь, что решил сменить жертву. Я зависаю, роняю кусочек торта на штаны.

— Ой! — восклицает она.

— Ничего, — торопливо его собираю, кладу себе в рот. На джинсах осталось пятно. Наплевать! Хоть бы выбраться. Всё застираю…

— Юленька, расскажи, ты с мужчиной жила? — задаёт беспардонный вопрос.

У меня вырывается:

— А…

— Так жила, или нет?

— Д-да, — я киваю, а что тут сказать?

Мама Паши придирчиво смотрит:

— Ну, ты не из этих?

Я пытаюсь понять:

— Из каких?

— Ма, — мычит Паша, как бессловесный телок. Мне слышится «муу» в этом звуке.

— Из гулящих! — не замечая его возражений, она продолжает давить на меня.

— Простите, — тушуюсь, — Вы, вероятно, неправильно поняли. Мы с Пашей друзья.

— Это как? — её рот остаётся открытым и неровно наложенный грим проступает по краю.

— Как-то так, — пожимаю плечами.

Вижу Пашкин растерянный взгляд. Всё, родной! Мы друзья, и не больше. Господи, как хорошо, что я не успела с тобой переспать…

Его мама заметно поникла. Досада на круглом лице вызывает сочувствие. Она снова глядит на меня, но уже с сожалением:

— А какие красивые детки могли быть у вас.

Я готова поспорить. Что, если детки получатся в бабушку? Но не решаюсь и пикнуть! Сижу и дышу в унисон.

Выхожу вместе с ней на площадку. Как ни пытается Пашка меня удержать.

— Созвонимся, пока, — улыбаюсь ему. И киваю мамаше, — Всего доброго!

— Юленька, ты приходи! Вдруг у вас с Пашей срастётся. Оно ж как бывает, друзья, а потом…, - слышу в спину.

— Конечно, приду! Непременно! — машу ей рукой от лестницы.

Не желаю ждать лифт, торопливо бегу по ступеням. И, выйдя на улицу, делаю вдох. О, это сладкое слово свобода…

Уже сидя в трамвае, я получаю его смс:

«Извини, мне так стыдно».

«Ты не должен стыдиться, ведь это же мама…», — набираю, стираю. Не матери должен стыдиться! А того, что ведёшь себя, как нашкодивший щенок, а не взрослый мужчина.

«У тебя очень добрая мама», — пишу.

Вспоминаю стишок: «Мамы разные нужны, мамы разные важны».

Вот Ромкина мама, к примеру, вообще не общалась со мной. Мне кажется, ей было всё равно! Безумно красивая, яркая, она была в прошлом моделью. Вела в интернете различные тренинги. Встречалась с мужчинами младше себя. То, что я ей не ровня, я поняла ещё в первую встречу.

— Юлечка, я сброшу тебе ссылку на курс, называется «Уверенность в себе. Как найти свою внутреннюю женщину», — «по секрету» сказала она, с такой милой улыбкой. Что заподозрить злой умысел было почти преступлением.

От поиска внутренней женщины я отказалась. А, может быть, зря? Тогда бы сработал рефлекс, и наш многолетний союз с её сыном рассыпался раньше.

«Если вернёшься домой, не шуми. Я легла спать», — читаю с экрана смартфона. А вот и моя очень добрая мать.

Улыбаюсь. И почему-то не верю! Скорее всего, не заснёт, чтобы взглянуть на часы и засечь, во сколько вернулась.