Онлайн книга «Юлька в поисках любви»
|
— А ещё? — Посмотри в телефоне, малыш, — произносит подруга с сочувствием. Тут в нашу беседу врывается возглас: — Кррасава! «Не то слово», — говорю про себя. — Ты с кем там? — удивляется Лёля. — С Иннокентием, — смотрю на него. Вспоминаю, что надо кормить. Неохотно встаю, лезу в ящик за кормом. — Это что за имечко такое? — Лёля смеётся, — Подожди! Так ты ж вроде с мамой? — Попугай это, Оль! Какаду, — руки трясутся, и я умудряюсь рассыпать корм мимо кормушки. Иннокентий, цепляясь за прутики клювом, ползёт. — Ааа, точно! Забыла совсем. Отжала пернатого, значит? — Это мой какаду, — говорю, наблюдая, как Кеша клюёт. Оголодал, бедолага! С такой-то хозяйкой. — С худой овцы хоть шерсти клок, — иронизирует Олька. Мы говорим ещё пару минут и прощаемся. И я тут же берусь изучать смс. Переписка пестрит тем, о чём я не помню. Вот я пишу: «А вд руг я беремена?», — с такими ошибками. Боже! Похоже, овца — это я. «Тогда тебе лучше сделать аборт», — отвечает мне Савушкин. «Ты псылаешь мня на аборт?», — продолжаю опасную тему. «Юля, ты пьяная!», — делает Ромик попытку меня вразумить. Но я проявляю упорство: «Чисто гипотастищески». «Я своих принципов не меняю», — жёстко парирует он. И я вспоминаю, как мы обсуждали не раз, что дети не входят в совместные планы. Наверное, я виновата? Нужно было давно возразить. Сказать, что в мои планы входят. Но тогда… Но тогда бы я точно его потеряла на много лет раньше. Унижение льётся наружу со стоном, когда я читаю: «Даже ради любвиии?». Этот последний вопрос без ответа. Наверное, он позвонил? Хотел услышать мой пьяный голос. А если, признаться, что любит? «Ткачёва, уймись!», — говорю я себе. Но ведь он приезжал в ресторан? А зачем? Напряжение давит затылок. Пытаюсь вернуть эту встречу. Но помню лишь взгляд, откровенно презрительный, колкий. И чувство такой пустоты, от которого хочется выть на Луну. Смартфон оживает так резко и в руках начинает жужжать. Я едва не роняю его на кровать. Вижу странное: «Паша-гитара». И набор незнакомых мне цифр. Ответить пока не решаюсь. И жму на отбой. Вдогонку приходит: «Привет, как дела, незнакомка? Надеюсь, ты помнишь меня? Я играл для тебя прошлым вечером». Помню ли я? Только руки, и пальцы, сжимавшие гриф. «Смутно помню тебя, но гитару отчётливо», — отвечаю, кусаю губу. «Неудивительно!», — далее следует рожица, — «Может, увидимся?». Стыдно ли мне? Может, самую малость. Но охваченный новым знакомством, мой мозг начинает работать активно. «Боюсь, я сегодня не в форме». «Окей, давай в любой день». Я застываю, прикинув в уме: «Может, в среду?», — совсем не хочу долго ждать. «Отлично! Тогда позвоню», — отвечает и следом приходит, — «Так как тебя звать?». Вероятно, загадочность, которой меня обучала подруга, сыграла на максимум. А вот чувство меры стремилось к нулю… «Юля», — представляюсь ему с опозданием. «Тебе очень идёт», — делает он комплимент. Посылаю: «Спасибо». Мимо двери, с ведром идёт мама. — Ты ещё не умылась? Юля! Мне сколько раз повторять? — Да иду я, иду, — недовольно ворчу, и пытаюсь нащупать ногой правый тапок. Не знаю, как в другие дни, но сегодня меня зовут Золушка. И мне предстоит, несмотря на похмелье, надраивать пол. Глава 5 Среда наступила, и я, в нежно-кремовом свитере, красуюсь у зеркала в общей уборной. Мы с Пашей договорились о встрече у входа в большой романтический сквер. Он так и называется «Сквер влюблённых». Символично, не правда ли? |