Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 362 – Евгений Ключников

Дом Воронцова встретил её не тьмой.

Светом.

Не праздничным, не ярким, не торжественным. Просто в окнах горели лампы. В холле, судя по всему, тоже. На крыльце не стоял Дамир. Хорошо. Он наконец научился не превращать каждое её появление в сцену. Ворота открылись после короткой проверки. Артем появился у входа и, увидев её, впервые за всё время позволил себе почти улыбнуться.

— Добрый вечер, Анастасия Викторовна.

— Он жив?

— Да.

— Невыносим?

— Умеренно.

— Значит, температура правда нормальная.

— Тамара Петровна так и сказала.

В холле пахло ужином.

И дом — этот холодный, полузаброшенный когда-то особняк, где всё было законсервировано после трагедии, где закрытое крыло хранило портрет Рустама, где Ася впервые боялась первой брачной ночи, где ей вернули телефон, где она узнала о контракте, о сейфе, о лжи начала, где она оставила кольцо на тумбе и ушла, — вдруг показался не чужим. Не полностью её. Но уже не чужим.

Тамара Петровна вышла из гостиной с полотенцем в руках.

— Приехали.

— Здравствуйте.

— Это не вопрос, это констатация. Разделись? Руки мыть. Дамир Сергеевич в кабинете и делает вид, что не ждёт.

Ася сняла пальто.

— Плохо делает?

— Отвратительно. Он вообще плохо делает вид, когда ему важно. Но прогресс есть: не спустился к воротам, не открыл дверь раньше Артема и уже двадцать минут не спрашивает, сколько времени занимает дорога от Веры до дома.

— Целых двадцать?

— Восемнадцать, но я округлила из уважения к раненому.

Ася улыбнулась.

— Я сначала к нему.

— Разумеется. Ужин подождёт. Надеюсь, не как ваша свадьба — без поздравлений и с кучей недовольных родственников.

— Родственников не будет.

— Уже праздник.

Кабинет был приоткрыт.

Ася остановилась у двери и впервые не почувствовала, что входит в комнату, где ей надо защищаться. Здесь всё ещё стояли тяжёлый стол, книги, кресло, лампа. Здесь ещё жила память их ссор. Но теперь на столе не лежали документы о разводе. Не было папок. Не было кольца. Только две чашки чая и маленькая тарелка с печеньем, которое явно поставила Тамара Петровна.

Дамир стоял у окна.

Конечно.

В тёмном свитере, всё ещё слишком бледный, с осторожной неподвижностью человека, которому больно, но который считает боль личной административной проблемой. Услышав шаги, он повернулся. И всё, что было в его лице до этого — ожидание, напряжение, контроль, — на секунду стало открытым.

— Приехала, — сказал он.

— У тебя в доме все сегодня констатируют очевидное.

— Это заразно.

— Как бок?

— На месте.

— Неправильный ответ.

— Болит меньше.

— Лучше.

Пауза.

Они смотрели друг на друга через несколько шагов. Не бросились навстречу. Не обнялись сразу. Их история слишком долго строилась на рывках, удержаниях, недосказанностях и резких поворотах. Теперь обоим, кажется, хотелось не сорваться в привычную крайность. Не сделать сцену вместо разговора.

Ася вошла и закрыла дверь.

Дамир заметил это движение.

— Ты читала документы? — спросил он.

— Да.

— Со Ставицкой?

— Да.

— Всё понятно?

— Да.

— Если что-то нужно изменить...

— Дамир.

Он замолчал.

— Ты сейчас говоришь как человек, который предлагает развод и одновременно пытается сделать его максимально комфортным, чтобы его ненавидели чуть меньше.

— Рабочая стратегия?

— Плохая.

— Понял.

Она подошла к столу, но не села.