Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 42 – Евгений Ключников

Отец резко посмотрел на них.

— Вы уже общались?

— В пределах организационных вопросов, — спокойно ответил Грановский.

— Организационный вопрос про платье был очень трогательным, — сказала Ася.

Лариса Аркадьевна побледнела. Отец прищурился. Грановский, кажется, почти улыбнулся, но тут же снова стал сухим и нейтральным.

— Дамир Сергеевич счел его важным.

Ася не успела ответить, потому что дверь открылась, и в зал вошли еще двое: мужчина лет тридцати пяти с военной выправкой и коротко стриженными волосами — вероятно, водитель или охранник — и женщина старше шестидесяти в строгом темном платье. Женщина была невысокой, седой, с прямой спиной и лицом, на котором морщины не смягчали, а подчеркивали характер. Она посмотрела на Асю пристально, почти сурово, потом перевела взгляд на платье, на фату, на руки, сжатые слишком крепко, и вдруг чуть заметно кивнула. Так, будто увидела не все, но достаточно.

— Тамара Петровна, — представил Грановский. — Домоправительница Дамира Сергеевича. Артем Ковалев, водитель.

Артем кивнул. Тамара Петровна сказала:

— Здравствуйте.

И это “здравствуйте” прозвучало, пожалуй, теплее, чем все слова, сказанные Асе родной семьей за последние дни.

— Здравствуйте, — ответила Ася.

— Дамир опаздывает? — спросил отец, обращаясь к Грановскому.

Юрист посмотрел на часы.

— Да.

— Насколько?

— Пока недостаточно, чтобы отменять регистрацию.

Виктор Сергеевич стал еще холоднее.

— Надеюсь, это не демонстрация.

— С Дамиром Сергеевичем почти все выглядит как демонстрация, Виктор Сергеевич. Даже когда он просто стоит.

Ася невольно посмотрела на Грановского. Тот произнес это сухо, почти скучно, но в воздухе сразу появился слабый электрический разряд. Лариса Аркадьевна сжала сумочку. Отец отвернулся к окну. Ася вдруг поняла, что все присутствующие ждут не жениха, а погоду перед бурей. Даже люди Воронцова ждали его иначе: не с нервной суетой, а с внутренней готовностью к тому, что при его появлении комната изменит температуру.

Минуты тянулись мучительно.

Секретарь регистрации заходила дважды: первый раз уточнить документы, второй — предложить воду. Отец говорил по телефону в коридоре, раздраженно и тихо. Лариса Аркадьевна сидела в кресле, не касаясь спинки, будто боялась помять платье или достоинство. Тамара Петровна смотрела в окно. Артем стоял у двери, проверяя телефон. Грановский листал документы и иногда делал пометки. Ася сидела у стола, положив ладони на колени, и чувствовала, как под фатой начинает болеть голова.

Она думала, что будет злиться, если Дамир не приедет вовремя. Но в ней поднималось что-то другое. Сначала — облегчение: вдруг он вообще не приедет? Вдруг сорвет эту сделку сам? Вдруг опозорит отца, мачеху, Милану, всех, кто так тщательно готовил ее доставку? Потом — страх: если не приедет, что сделает отец? Отдаст папку? Устроит новый договор? Отправит ее к нему саму? И еще глубже — странное, почти постыдное ожидание. Она хотела увидеть его. Уже хотела. Не потому, что верила в спасение, а потому, что устала бояться тени. Тень слишком удобно меняет форму. Человек — нет. Человека можно хотя бы ненавидеть конкретно.

— Вам воды? — вдруг спросила Тамара Петровна.

Ася подняла глаза.

— Что?

— Вы побледнели.

— Я в порядке.

— В вашем возрасте девочки часто говорят это перед тем, как упасть.